Путешествие в Сиам полностью

Склонность короля к сочинительству на английском языке путем непрестанных упражнений развилась в страсть. В своем увлечении он был неутомим, дерзок и непоследователен. Не расставался со словарем Уэбстера, что превратилось в своего рода болезнь. Дворцовая типография беспрерывно печатала тусклые листки с его опусами, беспорядочными по содержанию, эксцентричными по изложению. Темы в них затрагивались разнообразные – от самых возвышенных до самых неблагородных. Буквально все становилось «материалом для статьи» – от небесных светил до сплетников, обсуждающих Его Величество на страницах «Бангкок рекордер».

Сейчас, когда я пишу, передо мной лежит некий циркуляр: один экземпляр – от руки короля, второй – напечатан в его личной типографии. Ни заголовка, ни подписи – словно адресован «всем, кого это касается». Короля возмущала манера американских миссионеров писать английскими буквами название одного сиамского города (Припри или на санскрите – Беджрепури). И он составил забавный циркуляр, начинавшийся доктринерской фразой:

Никто не должен писать название города Припри как Пет-ча-пури.

Далее педантично объяснялось происхождение названия, представляющее собой составное санскритское слово, которое переводится как «Алмазный город». В заключение – характерный взрыв раздражения, в котором отражены и критика, и королевское высокомерие, и религиозная назидательность:

О, во что превратила американская латиница благородный город! Петчабури! Подумать только! Или весь ученый мир человечества должен учиться у своих полуграмотных сиамских учителей? Что мешает им заглянуть в журнал Королевского азиатского общества, где постоянно печатаются по нескольку слов на санскрите и пали? Их сиамские учителя-священники считали всех европейцев неучами; они были рады заполучить в ученики американских неучей, не знающих священного языка. Думали, они обучают варваров священному языку. Но они сами далеки от священного языка, только коверкают его, ибо их учителями были лаосцы и камбоджийцы, а они не знали ни хиндустани, ни сингальский язык, не обладали знаниями сведущих в санскрите членов Королевского азиатского общества, которых эти сиамские учителя считают неучами, называя их по недоразумению Мит чат тхи-тхи и т. д. и т. п., что значит «провидец» или «наблюдатель» и т. д. и т. п.

В другой «статье» Его Величество с раздражением вопрошает:

Если Чао Пхья Бхудхарабхай в печати называют Прайя Пу та ра Пе, тогда почему бы имя мистера Нокса (Томас Джордж Нокс, эсквайр, британский консул) не печатать в газетах следующим образом: Мисса Нок? И почему тогда Лондон не Ландан, если Беджрепури в печати называют Петчабури?

В той же статье, где король выражает свое возмущение как филолога, есть следующие примечательные строки: