— Говорит Хеша Ловетт, капитан хейпанского королевского флота, — объявил женский голос. — О йуужань-вонгском корабле нам уже сообщили. Что у вас происходит, лейтенант Соло?
— Мне бы не хотелось хвастаться, — сказала Джейна сухо. — Мы просим разрешение на посадку. Чем скорее мы выберемся отсюда, тем счастливее будем.
Последовала минутная пауза, затем комм снова ожил:
— Безусловно, Джейна. На Хейпсе рады всем друзьям Тенел Ка, на чем бы они ни прилетели.
Джейна чуть не подскочила от удивления. Звучный, хорошо поставленный голос с твердым и четким выговором явно принадлежал Та’а Чум, бабушке Тенел Ка.
Она порылась в памяти в поисках надлежащего обращения к члену хейпанской королевской семьи.
— Приветствую вас, королева-мать. Я не была уверена, что мы найдем радушный прием. Мы были вынуждены стрелять в хейпанские корабли.
— В перехватчики-«шершни»? — пренебрежительно сказала женщина. — Это, скорее всего, пираты. Наши разведчики видели, как вы с ними сражались. Это нападение почти столь же неприятно нам, как и вам. Моя внучка с вами?
Сама Джейна надеялась, что ее подобрали хейпанские разведчики.
— Не совсем так. Она отправилась вперед в спасательной капсуле, чтобы разведать путь. У нас не было связи, но потом мы взяли один из «шершней» и достали из него комм.
— Я предупрежу все патрули, чтобы они наблюдали за прибытием моей внучки. Во что бы то ни стало садитесь в королевских доках и идите прямо во дворец. Я удостоверюсь, что чиновники ожидают вас, и что они не попытаются направить вас в лагеря беженцев.
— Беженцев?
— Да, — сказала бывшая королева, одним словом выразив все свое отвращение. — Тем не менее, ты и твои друзья будете моими гостям. Встретимся во дворце.
Джейне пришло в голову, что бывшая королева-мать, похоже, жаждет встречи с ними, что было удивительно, и, возможно, подозрительно.
Ее первым побуждением было спросить почему. Однако правила приличия, заложенные еще в детстве, проведенном под опекой суетливого протокольного дроида, просто так не отбросишь. Дочь Леи Органы-Соло обменялась, как того требовал этикет, несколькими светскими фразами с Та’а Чум. Она говорила столь же осторожно и слушала столь же внимательно, как ее мать, за которой она наблюдала многие годы. Но Та’а Чум была не менее опытна в светской беседе, и, когда связь прервалась, Джейна вынуждена была признать, что у них ничья.
Она откинулась назад в кресле пилота.
— Та’а Чум что-то замышляет.
— Откуда ты знаешь? — поинтересовался Ганнер.
Девушка дернула плечом.
— Она всегда что-то замышляет.
Раздался радостный рев. В кабину ворвался Лоубакка и закружился в каком-то неистовом танце, увлекая за собой Тахири. Потом он отпустил девушку и взмахнул лапой, драматическим жестом указав на навигационный мозг.
— У нас получилось, — сказала Тахири вяло.
— Нашли Тенел Ка?
Лоубакка усмехнулся и скользнул в кресло навигатора. Он надел шлем, и его массивные плечи напряглись в ожидании. Миновало несколько секунд, и Джейна ощутила в Силе исходящую от него тревогу.
Она переключила свой шлем восприятия на навигацию. Навигационный мозг прислал ей слабую мысленную картинку, тень того, что должен был видеть Лоубакка.
— Спасательная капсула движется прочь от Хейпса! — воскликнула она. — Либо она сбилась с курса, либо кто-то подобрал ее.
Вуки жалобно зарычал в знак согласия, затем начал устанавливать курс для преследования.
Тенел Ка почувствовала внезапный толчок и услышала скрип фиксирующих крюков по неровному коралловому корпусу. В это мгновение из памяти на нее хлынул целый поток эмоций — боль, потеря и ярость, порожденные днями плена у йуужань-вонгов.
Она услышала шум какого-то механизма: маленькие буры деловито вгрызались в корпус, обеспечивая надежный захват крошечного суденышка посадочными лапами для дальнейшего исследования. Никакой вонг не запятнал бы руки такими машинами.
Приободрившись, она стянула шлем восприятия и пригладила косы, чтобы они легли более-менее на место.
Теперь, когда бремя полета в капсуле больше не давило на нее, Тенел Ка сняла ментальный щит, которым отгородилась от крошечного живого кораблика. Отчаянно независимая, она использовала Силу только в случае необходимости. По ее представлению, абсолютно необходимо сохранять некоторую дистанцию между собой и йуужань-вонгами, а также любыми их творениями.
Как только ее ум открылся Силе, в него хлынула знакомая смесь теплоты и юмора, дружбы и разочарования.
— Джейсен, — сказала она удивленно, узнав того, кто значил для нее больше, чем для любого другого.
Мгновение Тенел Ка была абсолютно счастлива, хотя считала это невозможным с того дня, когда поняла, что Джейсен видит в ней лишь доброго старого друга. Но счастье было даром столь же мимолетным, сколь и сладким. Свет, которым был Джейсен, задрожал и вспыхнул мучительным белым жаром.
Несмотря на свой стоицизм, храбрость и превосходную физическую форму, принцесса-воительница пронзительно закричала от гнева и боли.
