— Я не знаю. Твоя личность всегда вызывала огромный интерес, и ты много раз рождался заново… в разных временах и мирах. Каждый раз твоя судьба складывалась по-новому. Самые первые из нас появились во времена Файау, но они все ещё до Исхода перешли в интеллектронную фазу и улетели вместе с остальными. Сейчас они строят новую Вселенную для нашего народа. Другие, позже, становились Мечтателями Сети, — один из нас, Анмай Айту, правил Эрайа. Впрочем, это ты знаешь. Иные — множество — жили на Девяти Мирах Сети, я из их числа. Бывали более удачные воплощения, а бывали и менее. Обычно в качестве исходной служила та знаменитая матрица, в которой ты прыгнул в будущее с плато Хаос…
У Вэру вдруг перехватило дыхание. Он отлично помнил себя тогда, в последние секунды, — отчаянного и наивного, изо всех сил старавшегося представить будущее. И он увидел его, — но не в одном, а в тысячах вариантов, прожил тысячи жизней, тысячи судеб. Он знал, что выяснять, какая из них настоящая, бессмысленно, — они все были настоящими. Он был первым в этом ряду, но даже это ничего не значило. Была ли у него душа? Если да, то она разделилась на тысячи, и продолжала делиться… а впрочем, он совершенно запутался.
— …Второй из нас, — невозмутимо продолжил двойник, — стал первым беглецом. Это было за четыре тысячи лет до Исхода Файау, и я не знаю деталей. Он имел уже большой опыт жизни на Девяти Мирах, и смог в одиночку угнать межзвездный корабль, копию «Товии», — совсем новый, ещё без своего сознания. Но он прихватил и другие матрицы файа, так что у него была и пара, и компания.
Достигнув пригодной для жизни планеты, он населил её несколькими разумными расами, и долго правил ими. Там были гексы, ару, Опустошители, и его собственные творения, которые мне трудно описать. Насколько я помню, он создал два вида разумных чудовищ. Один был похож на двуногих ящеров, второй — на росомах-лемуров с шестью лапами и белой шерстью… огромных… даже гекс он наделил разумом. Были в его государстве и люди, — Айэт дал ему их матрицы в память о… тебе. Тот Анмай долго правил и играл с ними в затерянном мире, потом люди добрались до него, — Повелитель Чудовищ был свергнут и убит. Я очень хочу узнать, как у них такое получилось. Это важная и интересная история, но она произошла давно, и симайа, отыскав этот мир, нашли только легенду… кто знает, что было там на самом деле? Они не нашли звездолета…
Другие из нас становились разведчиками, авантюристами… они прожили очень разные жизни. Многие исчезли во Вселенной. Недавно несколько сот нас и наших подруг угнали из Сети звездолет класса «Увайа», — и их до сих пор не нашли… Иногда нас воскрешали вместе с Хьютай, чаще — нет. Мы любили других женщин, имели детей, — много детей, умирали, становились рабами и властителями, создателями машин и оружия, строителями городов… Каждый по-своему шел к своей мечте. Кое-кто даже приходил сюда, к золотым айа, и я, первый, встречал их… Твоей истинной мечты не разделил никто.
— Почему?
— Никто из них не был безумен.
— Безумен?
— Да. Не в медицинском смысле, конечно. Наш мир тоже безумен. В тебе воплотилось безумие мира. Он с легкостью творит и разрушает, не различая. Ты — тоже.
— А ты? — Анмай бездумно потянулся к браслету, но наткнулся на обожженое запястье, и вспомнил о своем положении. — А где Хьютай? Что будет со мной… с нами? Где мой корабль, наконец?
— Мы изолировали его. «Укавэйра» послала с вами «тяжелую пыль», нанотех, похожий на здешний, так что нам пришлось встречать вас грубее, чем мы хотели. Это была дурацкая затея, Анмай, — даже если ты о ней знал.
— Я не знал.
— Это неважно. Вот самое главное, что тебе нужно знать об этом месте и его жителях: больше всего симайа ненавистны страдания и смерть. Так что мучения тебе не грозят. Я бы сказал, что грозит другая, обратная опасность… Я отнесу тебя в место, подходящее тебе больше других. Там ты останешься, — свободным, вольным узнавать всё, что нужно, или что пожелаешь.
— А Хьютай?
— С ней будет то же самое. Только в другом месте.
— Но почему?
— Разве ты сам не хотел бы… ну, отпуска, возможности отдохнуть от подруги, и подумать о ваших с ней отношениях? Как и она?
Анмай вздохнул. Симайа действительно был им. Переубеждать его глупо… они оба знали, что это — правда.
— Когда мы сможем встретиться?
— Не знаю. Это зависит от вас.
— Мы сможем покинуть Р`Лайх, когда захотим?
— Нет.
— Забавно, — ответил Анмай. — Мы пришли к вам за помощью. А вместо этого попали в плен.
— Не в плен. Всё очень сложно. Никто из нас не знает, насколько можно доверять «Укавэйре», — а ты, так или иначе, её представитель. И никто из нас не знает, насколько можно доверять тебе. Уничтожение своего мира, — не лучшая рекомендация. Если бы ты знал, какие уже идут споры… Нам нужно время, чтобы решить всё окончательно.
Анмай вздохнул. Честно сказать, он ждал трудностей с этой стороны, — но ничего не мог поделать.
— Что дальше? — спросил он симайа.
Ненависти к нему он не испытывал. Он не мог ненавидеть самого себя, — слишком уж глупо это выглядело.
