В этой книге юный, а может, и не очень, читатель, найдёт приключения маленьких существ в большом мире. Ожившие игрушечные животные отправляются в другую страну на поиски их пропавшего друга — человека. Среди этих животных нет ни духа соперничества, ни язвительности, а только дружба и взаимопомощь.
Осенним вечером, на третьем этаже пятиэтажного кремово-жёлтого дома, построенного в середине прошлого века и чем-то похожего на пирожное, в полутёмной комнате — было тихо. Хозяин квартиры отсутствовал. В комнате горел лишь зелёный торшер стоящий в углу, тускло освещая письменный стол, кресло рядом с торшером, несколько книжных шкафов, платяной шкаф, диван и тумбу с телевизором и прочим.
На одной из книжных полок, более чем наполовину заполненной книгами в два ряда, в основном детскими, также расположились в углу, семь игрушечных животных. Шесть из них, были здесь уже издавна, а керамическая фигурка оленёнка не так давно была куплена в антикварном салоне.
Неожиданно, одна игрушечная зверушка пошевелилась. Это была розовая Зайка. Она стряхнула с белой мордочки пылинку и обратилась к другим игрушечным животным:
— Ребята, нам нужно что-то делать. Николай Семёнович должен был возвратиться уже месяц назад, а он никогда настолько не опаздывает. Вдруг он не может вернуться?
Тут зашевелились и остальные зверьки. Красный динозавр или дракончик, это точно не известно, по имени Эль Динозауро или просто Дино, ответил Зайке:
— Да, я тоже очень волнуюсь, но что мы можем сделать? Ведь мы просто маленькие игрушки, и никто не знает что мы живые, даже наш Друг.
Так они называли Николая Семёновича для краткости.
— Друг хочет, чтобы мы были живыми, ведь он с нами разговаривает, — пропищала мышка Ратонсита.
— Но мы никогда не отвечаем, и поэтому он не знает, что мы можем двигаться и говорить, — откликнулся Дино.
— Я думаю, что он иногда замечает нечто странное, — вступил в разговор Тигра.
Тигра был не целый, с лапами и туловищем, а имел только голову, зато какую! С одной стороны была тёмно-коричневая задумчивая мордочка, а с другой светло-коричневая, имеющая бодрое выражение, и всё это состояло из мягкой шёрстки.
— Мы включаем его компьютер, — продолжил Тигра, — или передвигаем какие-то вещи, и Николай Семёнович это чувствует. Я хочу сказать, что он бы не очень удивился, если бы узнал, что мы живые. Но мы не знаем что будет, если об этом догадаются другие люди, ведь живых игрушек не бывает. Поэтому, мы не можем обратиться к кому-нибудь за помощью.
— Да, — согласился Дино, — мы уже насмотрелись достаточно фильмов, из тех, что изредка смотрит наш Друг, и знаем про всякие там, тайные лаборатории, хоть он и говорит, что эти фильмы неправдоподобные. Или неправдоподробные? Не знаю, как правильно.
— Но ведь мы можем что-нибудь придумать, — произнёс резиновый лев Лёва и посмотрел на Тигру.
Совсем маленький розовый динозаврик, которого так и звали — Микродинозаврик, также посмотрел с надеждой в его сторону, потому что Тигра был самым умным и ещё мог запомнить всё что угодно.
— Вот хорошо бы, что-нибудь такое придумать, — понадеялся Оленёнок, и Микродинозаврик выжидательно замотал хвостом.
Дино встрепенулся, являясь наиболее активным и непоседливым из всех, сказав:
— Но сначала мы должны подкрепиться, чтобы лучше думалось, а то у меня уже урчит в желудке.
Тут надо заметить, что несмотря на то, что зверушки не ели как люди, еда каким-то образом постепенно исчезала, когда они глядели на неё, а зверьки чувствовали прилив воодушевления, и главное — вкус, хи-хи-хи, и ещё приятный запах.
Еду зверушки брали из шкафа, где хранились сладости, с которыми их Друг любил пить чай или кофе. Разумеется, они не были злостными воришками, ведь очень часто Николай Семёнович, заходя в комнату объявлял, что он мол, купил нам те или иные лакомства, и зверушки шаловливо пользовались его словами, справедливо полагая, что эти лакомства также предназначены и для них.
За два месяца прошедшие с момента отбытия Николая Семёновича (хотя уезжал он только на месяц), в шкафу уже почти ничего не осталось, как и на кухне. Была ещё одна комната, но там еда не хранилась.
Поначалу зверьки словно дети, брали еду не задумываясь о последствиях, пока Зайка, которая была большим приверженцем порядка и исполнения правил, не сказала, что надо остановиться. А Тигра добавил:
— Теперь Николай Семёнович точно решит, что квартиру обчистили какие-то похитители сладостей.
Впрочем, уже ничего нельзя было сделать. А сейчас, пока остальные потягивали лапы, Дино и его микрособрат уже несли пару засохших ирисок и маленький пузырёк, оставшийся от какого-то лекарства. Он был наполнен водой.
После ужина Зайка предупредила об опасности включения торшера — как бы чего не подумали соседи. Все согласно закивали, только Лёва отметил, что со светом очень уж уютно. Тигра же ответил на это:
— Поскольку за два месяца ничего не случилось, то не стоит особенно волноваться и сейчас, и вообще соседи вряд ли знают, что Николай Семёнович уехал. Но всё же Зайка правильно нас предостерегает — не надо зажигать свет, лишний раз.
И ещё он сказал, что у него имеются мысли по поводу дальнейших действий. Все приготовились слушать.
