Повесть о стремительном времени, когда переплетались судьбы разных людей и порой было трудно определить, кто друг, а кто враг. История о дружбе и приключениях молодых москвичек, работавших на одном из московских предприятий. Попадая в сложные жизненные ситуации, они становятся участницами детективного сюжета, но в критические моменты, как по волшебству, к ним на помощь приходят хорошие люди. Несмотря на опасности, даже с угрозой для жизни, подруги сохраняют здоровое чувство юмора и самоиронии, а позитивное отношение к жизни и помощь друзей помогают им выходить из щекотливых ситуаций, потому что их девиз: "У нас нет проблем, у нас есть только временные трудности!"
Посвящается всем хорошим людям.
Уже четыре часа Белла лежала на грязном заплёванном полу Сухумского железнодорожного вокзала, прикрывая собой тщедушное тельце шестилетней племянницы Танюшки. Стрельба продолжалась почти непрерывно. В секунды затишья Белла поднимала голову, пытаясь разобраться в происходящем, но, кроме лежащих вокруг неё таких же беспомощных беззащитных женских тел, засыпанных осколками стёкол, разлетающихся от разбитых окон, ничего не было видно. При первых звуках возобновляющейся стрельбы Белла опять опускала голову, прикрываясь чемоданом с наскоро уложенными вещами. Происходившее не укладывалось в голове. Рано утром в мирно спящем санатории матери и ребёнка, расположившимся на берегу тёплого ласкового моря на восточной окраине Сухуми, раздался тревожный вой сирены. Заспанные матери повскакали с постелей. Мужской голос из громкоговорителя, ожившего в столь ранний час, жёстко и монотонно повторял одну и ту же фразу:
– Граждане отдыхающие! Ввиду непредвиденной ситуации убедительная просьба взять вещи и вместе с детьми собраться у административного корпуса. Через час подадут автобусы. Просьба не создавать паники.
«Какие автобусы? Куда ехать? У нас ещё несколько дней отдыха, – растерянно думала Белла, механически хватая вещи и запихивая их в чемодан. – Купальник! Не забыть снять с верёвки купальники». Первая мысль о пожаре была сразу отвергнута. Утренний живительный воздух предвещал хороший светлый день. Ни малейшего запаха гари не чувствовалось. Только где-то вдалеке раздавался странный прерывистый звук, как будто некий баловник железной палкой проводил по прутьям металлической ограды, создавая треск, похожий на автоматные очереди.
Через час, без привычного горячего завтрака, получив лишь сухие пайки в виде пачки печенья и маленького сморщенного яблока, все были в автобусах. Недоумённые разговоры взрослых ясности не вносили. Дети, чувствуя тревогу родителей, тихо сидели, испуганно вздрагивая при звуках непонятного усиливающегося треска. Медицинский и обслуживающий персонал санатория на вопросы встревоженных матерей не отвечал. Лишь одна, особенно нервная мамаша, пыталась ухватить за грудки врача санатория, пожилого грузина, сопровождавшего один из автобусов с отдыхающими. Водитель автобуса угрюмо сидел в кабине, ожидая приказа руководства. Наконец, директор санатория дал отмашку, и колонна автобусов медленно двинулась.
Когда автобусы тронулись, взволнованным женщинам объяснили причину столь поспешной эвакуации: в Грузии на территории Абхазии фактически началась междоусобная война. В мозгу Беллы это не укладывалось. Только теперь она вспомнила предостережение коллеги по отделу, весёлой жизнерадостной Жанки. Когда та узнала, что Белла и Ольга взяли в профкоме путёвки в санаторий матери и ребёнка в Абхазии, она засмеялась:
– Девки, вы что! Там же скоро война начнётся, – бросила она, лениво раскачиваясь на задних ножках стула. Это была её любимая поза, за которую начальник отдела – главный технолог завода, неоднократно грозил лишить её премии. На что Жанна вызывающе улыбалась и спрашивала:
– С какой формулировкой? Нарушение трудовой дисциплины, или порча социалистического имущества?
Шеф безнадёжно махал рукой и отводил глаза, опасаясь встретиться с насмешливым взглядом Жанны. Она нравилась ему давно и, боясь проявить свою симпатию, он всячески третировал своего лучшего технолога. Коллеги Жанны с удивлением задавались вопросом, чего он к ней привязался. И только Жанна понимала истинную причину его придирок: по русскому народному принципу – бьёт, значит любит.
От предупреждения Жанны Белла отмахнулась. Она вообще недолюбливала её, считая высокомерной задавакой. Ведущий инженер технического отдела, в полном соответствии с её именем, была яркой личностью и выглядела как манекенщица дома моделей, чем вызывала раздражение у части сотрудниц заводоуправления. На работу ходила, как на подиум, почти каждый день меняя наряды, а по шлейфу дорогих духов можно было определить, что здесь только что прошла Жанна. Она была легко вхожа во все кабинеты их большого Предприятия. И, если некоторые коллеги женского пола, так же как Белла, её недолюбливали, то мужская половина, включая престарелого директора, «капала слюной» заслышав стук высоченных каблуков независимой Жанны.
Ольга – конструктор технического отдела, приятельствующая с Жанной, внимательно посмотрела на неё. Только она знала, что Жанна далеко не проста и не легкомысленна и заслуженно занимает должность ведущего технолога. Кроме того, Жанна обладала даром предвидения, о чем знали немногие. Дождавшись, пока Жанна вышла из комнаты, Ольга выскочила за ней в коридор.
– Жанн, ты что, серьёзно? Какая война?
– Конечно, серьёзно, – без улыбки ответила она. – Разве ты не следишь за новостями?
– Я смотрю по телевизору только фильмы, а газет вообще не читаю.
– Иногда не мешало бы, – съязвила Жанна.