Далеко-далеко на неизведанных, да и никому не интересных, задворках западного спирального рукава Галактики затеряно маленькое, невзрачное желтое солнце.
Вокруг него на расстоянии приблизительно девяноста восьми миллионов миль вращается по своей орбите ничтожнейшая зелено-голубая планета. Некоторые обитающие на ней живые организмы происходят от обезьян и так восхитительно примитивны, что до сих пор считают электронные часы довольно-таки гениальным изобретением.
У жителей этой планеты есть — или, точнее, была — одна общая беда, и состояла она в следующем: практически все они практически постоянно чувствовали себя глубоко несчастными. Предлагалось множество способов спасения от этой беды, но все эти способы почему-то были так или иначе связаны с перемещением в пространстве маленьких зеленых бумажек, — нелогично с той точки зрения, что ведь не маленькие же зеленые бумажки чувствовали себя несчастными.
Таким образом, проблема оставалась нерешенной; и многие люди были злы, и множество — убоги, даже владельцы электронных часов.
Люди все больше и больше убеждались в том, что совершили огромную ошибку, когда слезли с деревьев. А некоторые даже утверждали, что и деревья-то в свое время были крайне неудачным ходом, и что с самого начала не следовало покидать океан.
А потом, однажды в четверг — спустя почти две тысячи лет после того, как одного мужика приколотили гвоздями к дереву за дурацкие разговоры о том, как было бы неплохо для разнообразия возлюбить ближнего — некая девушка, сидевшая в одиночестве в маленьком кафе в Ричмэнсворте, внезапно осознала, что именно шло неправильно все это долгое время и как можно сделать мир славным, счастливым местом. Она так все хорошо придумала, уж это точно должно было сработать, и больше никого ни к чему не пришлось бы прибивать.
Как ни печально, девушка не успела добраться до телефонной будки — она собиралась всем позвонить и рассказать о своей догадке — потому что случилась ужасная, нелепейшая катастрофа, и идея — увы — оказалась утеряна безвозвратно.
Но эта история не о девушке.
Эта история об ужасной, нелепейшей катастрофе и некоторых ее последствиях.
Это также история одной книги, называемой «Путеводитель «Автостопом по галактике» — внеземной книги, ни разу на Земле не издававшейся, книги, которую до упомянутой ужасной катастрофы никогда не видел и о которой никогда не слышал ни один землянин.
Между тем, весьма и весьма замечательная книга.
По правде говоря, самая, пожалуй, замечательная книга из всех, когда-либо вышедших из печати в гигантской издательской корпорации на планете Урса Минор — о которой ни один землянин тоже никогда ничего не слышал.
Книга эта не только весьма и весьма замечательная, но и крайне успешная — более популярная, чем атлас сиротских приютов звездного неба, гораздо лучше продающаяся, чем «Еще 53 интересных занятия для нулевой гравитации», а также более противоречивая, чем трилогия философских блокбастеров Оолона Каллапида: «Когда Бог начал ошибаться», «Еще парочка величайших просчетов Бога» и «А кто, собственно говоря, такой этот Бог?».
Для многих наиболее благополучных цивилизаций внешнего восточного кольца Галактики «Путеводитель» уже заменил в качестве кладезя житейской премудрости Большую Галактическую Энциклопедию и, несмотря на многие недочеты и неканонические (по меньшей мере, вопиюще неточные) сведения, перещеголял последнюю по двум важным статьям — во-первых, «Путеводитель» дешевле; а во-вторых, на обложке у него большими умиротворяющими буквами написано: «Без паники».
Как бы то ни было, история ужасного, нелепого четверга, история его необыкновенных последствий, а также история о том, каким невероятным образом эти последствия переплетены с весьма и весьма замечательной книгой, начинается очень просто.
Она начинается с дома.
Дом стоял на небольшом холме на самом краю поселка. Стоял себе, глядя на широкие просторы сельскохозяйственных угодий Западного графства. Не так чтобы чем-то примечательный дом: построенный лет этак 30 назад, квадратный, приземистый, кирпичный, на фасаде — четыре окна, размерам и пропорциям которых более или менее стопроцентно не удавалось порадовать глаз.
Дом представлял собой некоторую ценность для одного-единственного человека, по имени Артур Дент — так уж случилось, что в этом доме Артур обитал уже около трех лет, с тех самых пор, как переехал из Лондона, жизнь в котором находил суетной и раздражающей. Артуру самому было около тридцати, он был высок, темноволос и вечно не в своей тарелке. Люди постоянно спрашивали его, чем он так сильно обеспокоен — это-то и беспокоило его больше всего. Он работал на местном радио и всегда говорил знакомым, что это куда интереснее, чем они думают. Так оно и было — знакомые, в большинстве своем, занимались рекламой.
