— Ой, папочка! — тихо ахнула Аврора, извлекая из коробочки черную жемчужину в форме сердца на длинной золоти цепочке. — Как красиво… очень красиво! — От волнения у дочери даже сел голос; она посмотрела на отца с обожанием и прошептала: — Я буду всегда хранить ее!
Судя по виду, черная жемчужина гораздо дороже, чем те подарки, которые он в свое время делал Элизе. Значит, у него сейчас удачная полоса? Что ж… Элиза мысленно пожала плечами. Что называется, как пришло, так и ушло. Уж ей ли не помнить, как легко Маверик спускал неправедно нажитое!
Ей хотелось отвести от него взгляд, но почему-то не получалось. И она, и бывший муж долго молчали. Глядя ему в глаза, Элиза испытала странное чувство — как будто прошедших лет не было и они оба снова стали молодыми. В его глазах она прочла огромное сожаление и невольно шагнула к нему. Значит, не только она успела разочароваться в жизни — он тоже… Нет, не таким она его себе представляла!
Маверик первым нарушил молчание.
— Здравствуй, Элиза, — тихо сказал он.
Она склонила голову, не желая подпадать под его чары сpaзy после приезда.
— Марвин…
Он поморщился:
— Пожалуйста, называй меня Маверик.
— Маверик так Маверик.
Элиза помнила, что ее бывший муж терпеть не мог имени, данного ему при рождении, хотя и не понимала почему. Она вышла замуж за Марвина по любви, а вот он всю жизнь не знал покоя и не был доволен тем, что у него есть. Он стремился к пышности и блеску, к немедленному воздаянию в виде крупного выигрыша. В конце концов из-за этого их брак и распался.
— Я бы привез тебе подарок, но не был уверен, что ты примешь его от меня.
— Спасибо за добрые намерения, но ты прав. Подарки совершенно неуместны.
Да, Элиза ни за что не приняла бы его подарка. И все же любопытно, что бы он ей привез?
— Хорошо выглядишь, — заметил Маверик, оглядывая снизу вверх ее стройную фигуру.
Элиза невольно вскинула руку к волосам, словно проверяя, в порядке ли прическа. Комплимент ей польстил; собравшись с духом, она ответила:
— Ты тоже.
— Дедушка, дедушка, хочешь посмотреть, где ты будешь спать? — звенел Люк, дергая Маверика за рукав.
— Конечно хочу. — Маверик отвернулся от Элизы, взял на руки Джона и следом за Люком зашагал по коридору.
— Вот наша комната! — сказал Люк, открывая первую дверь справа.
— А там — комната бабушки. — Джон показал на комнату Элизы, почти напротив.
— А здесь туалет для мальчиков! — Люк толкнул третью дверь.
— У бабушки свой туалет с ванной; нам туда нельзя заходить, даже если очень хочется, — пояснил Джон. — Мама не разрешает.
Маверик засмеялся и тут же хрипло закашлялся.
— Дедушка, дедушка, а почему ты так хрипишь? Знаешь, если будешь долго так делать, тебя вырвет!
— Джон Питер Талли, как не стыдно! — возмутилась Элиза.
Маверик запрокинул голову и разразился смехом. Только мужчинам кажется, что говорить о рвоте смешно.
— Ты будешь спать внизу, а мы с Люком — наверху, — объяснил Джон, бросаясь на матрас. — Мама перестелила чистое белье.
— Потому что Джон вечно писается.
— Не смей! — завопил Джон, спрыгивая с кровати и набрасываясь с кулаками на старшего брата.
Элиза шагнула было в комнату, чтобы разнять их, но Маверик быстро справился и без нее. Он тут же отвлек внуков, попросив, чтобы они показали ему дом. Поняв, что она не нужна, Элиза удалилась в убежище собственной комнаты.
Прошло сорок пять минут. Элиза сидела в кресле перед телевизором, положив ноги на табуреточку, и вязала. Новости проскакивали мимо ее ушей. Она злилась на себя за то, что позволила Маверику изолировать ее от тех, кого она любит больше всего на свете.
Кто-то вежливо постучался в дверь, и в комнату просунула голову Аврора.
— Пожалуйста, поужинай с нами, — попросила она. — Дэвид специально вернется домой пораньше, и ты доставишь мне огромную радость.
Элиза с удовольствием уклонилась бы от праздничного ужина, но дочери она почти ни в чем не могла отказать. Аврора так поддержала ее… В конце концов, она пустила ее к ним жить.
— Хорошо.
— Спасибо! — просияла Аврора.
Насколько помнила Элиза, Аврора первый раз сидела за столом с обоими родителями. Грустно, конечно, что их с Мавериком семейная жизнь закончилась так печально — хотя бы из-за дочери. И пусть Элиза не считала себя такой уж чувствительной, радость дочери неожиданно растрогала ее чуть ли не до слез.
Когда Элиза наконец вышла в столовую, Дэвид уже вернулся со службы и разливал вино. С зятем у Элизы установились хорошие отношения; по ее мнению, Дэвид был образцовым мужем. Какое счастье, что Авроре, в отличие от нее самой, хватило здравого смысла выйти замуж за порядочного, надежного человека, у которого есть нормальная работа!
Аврора все еще суетилась на кухне, и Элиза к ней присоединилась. Дэвид и Маверик пили вино и беседовали, а они накрывали на стол: принесли салат, мясную нарезку, картофельное пюре и соус.
— Настоящий пир! — воскликнул Люк.
— Как на День благодарения, только без индейки, — добавил рыжеволосый Джон, придвигая стул к столу. — Чур, я сяду рядом с дедушкой!
— Нет, я! — возразил Люк.
