– Если бы не ты... – попыталась прервать меня Мика.
– Если бы не она, и ты бы сейчас лежала на том отвале мертвая! – оборвал ее Мерит, – Хем маленький, а чем ты можешь оправдать свои выходки? Недавно сама сказала, что глупость и дурость стали причиной твоего пленения, и я убеждаюсь, что это правда.
Услышав гневную отповедь Мерита, та захлопнула рот, опустила голову и пошла к воде. Старый гном повернулся, бросив взгляд на демоненка, который во время перебранки подошел ко мне с куском тыквы и теперь, удобно привалившись спиной, увлеченно догрызал оранжевую мякоть.
– Не думай о ней плохо, Хел, испокон веков оборотни враждуют с демонами. Понимаешь, она сама вряд ли сможет объяснить, почему не любит Хема – это память предков. Тем более, вы связаны твоей кровью. Мы предупреждали, что так будет. Инстинкты оборотня срабатывают – ты теперь ее собственность, а на тебя посягает чужак, и не важно, что маленький. Для ваших рас возраст не помеха, ты слишком молода еще, и он скоро подрастет, а кровного родства у вас нет...
Я положила руки на плечи Хема и, сильнее прижав к себе, выдохнула:
– Да он мне как младший брат... или как сын даже.
– Это еще хуже! – пожав плечами, заявил Дорг.
Опешив, уставилась на гномов, недоуменно переводя взгляд с одного на другого.
– Почему?
– У демонов-мужчин слишком сильны только два чувства: к матери и избранной. Все остальные легко меняются в угоду их эго и желаниям, – ответил Дорг.
– Ну и что в этом плохого? – удивленно переспросила я.
– А ты сама еще не догадалась? Ему всего шесть лет, но он уже плохо переносит других возле тебя, ревнует Мику... Я могу и ошибаться, конечно, – не так уж и хорошо знаком с этой расой, но опыт подсказывает, что дальше будет хуже. У демонов есть кодекс чести, и он единственный управляет их жизнью. Моральных принципов фактически нет. Когда Хем подрастет, поймешь, о чем я говорю, так что советую как можно быстрее вернуть мальца соплеменникам и забыть. И бежать от них как можно дальше, чтобы не вспоминали: ни добрым, ни плохим словом.
– А демоницы? – переваривая подробности из жизни демонов, отнюдь не из справочника, поинтересовалась я.
Дорг ухмыльнулся и ответил:
– Да все тоже самое – исключительная привязанность к отцу и избранному мужчине. Хотя опять же, насколько я слышал, избранных может быть и двое, а теперь представим, как мужчинам демонам приходится уживаться в такой тесной компании с подобными собственническими замашками... Короче, смертность в таких парах колоссальная.
Севас слушал дядю с таким же открытым ртом как и я. Заметив это, Мерит не выдержал и расхохотался:
– Ну чисто дети малые!
– Опять сказки, а я-то думал, что вы правду говорите, – обиженно нахмурился парень.
Дорг пожал плечами и меланхолично заметил:
– Племяш, не забывай – в каждой сказке доля правды скрыта. А в данном случае мне шутить нет резону. Хельвина попала, так попала с этим мальцом.
– Так это действительно правда, Дорг? – тоже засомневалась я.
Мерит еще пуще захохотал, похлопывая себя по ляжкам. Даже Мика, заинтересовавшись причиной веселья, подошла, забыв о своих обидах.
– Девочка, как же ты своего парнишку воспитывать будешь, если сама ребенок еще? И в сказки не веришь, и словам порядочного гнома – тоже? Уж поверь Доргу, сделай милость, – попросил Мерит, успокаиваясь.
Я смутилась, погладила Хема по голове, и в этот момент он сам потянулся за моей ладонью лбом. В последние дни у мальчика покраснели эти шишки на лбу, начали шелушиться и по-видимому – сильно чесаться. Он аж млел, когда я гладила его по лбу, чесался о мое плечо, если мы отдыхали на привале или в плену у арути. И сам все время тер лоб руками, расчесывая шишки до крови.
– Ага, рога полезли – взрослеет, – ехидно прошипела Мика, с раздражением поглядывая на Хема.
– Мика! – предупреждающе прорычала я.
Девушка подняла на меня виноватые глаза и, извиняясь, пожала плечиками.
– Так, ну что, мы с Севасом готовим каменку, Дорг – костер и спальное место, а вам, девочки, придется поохотиться. Справитесь? – поспешил с распределением обязанностей наш старший.
Учитывая тот факт, что кроме Хема все умеют охотиться (не зря же меня Ниса учила пропитание в лесу добывать), а Мика – оборотень, вопрос был скорее риторическим, ну или из вежливости.
Мы согласно кивнули и разошлись. Хем устал, и поэтому я попросила Дорга научить демоненка, правильно разводить костер и готовить ночлег, чтобы он по лесу за мной не ходил.
Подхватив самодельный лук, направилась в лес за Микой.
– Прости меня, Хел, я понимаю, что Хем тебе дорог, но ничего не могу с собой поделать. Мой зверь его не выносит, более того, считает врагом – слишком опасным, чтобы держать его так близко.
Мика пристроилась рядом со мной и ступала по земле почти бесшумно, а говорила тихонько.
– Но ведь он маленький, Мика! – попыталась поспорить с девушкой.
Она взяла меня за руку и, заглянув в глаза, ответила:
– Из ваших рассказов я поняла, что он воспитывался у светлых? И тем, судя по его апатичности ко всему кроме еды и тебя, было, в сущности, плевать на него. Он ничего не умеет, мало что знает...
