– Ты парень первой категории. Ясно?
– Это как?
– Ну типа многого сможешь добиться. И однажды, может, даже приедешь как супергерой и спасешь меня.
– А от чего тебя надо спасать?
– Ну мало ли. Найдется от чего.
– А дядю Геру надо будет спасать?
– И его тоже. Но чтобы ты мог стать супергероем, тебе нужно уехать и многому научиться.
– А ты не можешь меня научить?
– Я херовый учитель, брат. Я только недавно сам усвоил урок.
– А дядь Гера? Он ведь тренер. Разве он не мог меня научить?
– Не торгуйся. Мы выбрали для тебя лучший вариант из возможных. И это шанс. Не продолбай его. Я тебе свою личность отдал, так-то. Распорядись как следует.
Влад потер глаза и достал из рюкзака жестяную коробочку.
– А меня пустят с ней в самолет?
На паркинге аэропорта можно было стоять десять минут, и Данил дергался, что Анаис опоздает. Но та пришла вовремя. Он издали заметил ее красное пальто и замахал рукой. Она подошла.
– Всем привет, – сказала Анаис и протянула руку Владу. – Ну что, готов?
Он кивнул, не поднимая глаз.
– Все еще не разговаривает? – спросила Анаис у Данила. – Да на тебе лица нет. Не переживай, а то я тоже начну. Мы со всем справимся, слышишь?
Данил улыбнулся.
– Я спокоен, коли так. Дайте минуту проститься.
Анаис отошла, и Данил крепко обнял Влада и приподнял его.
– Ты обещал мне, да?
– Что я вернусь?
– Что станешь тем, кем должен стать.
– Хорошо, – согласился Влад, хотя не понимал, чего от него хотят. – Ну пока?
– Пока, – сказал Данил и поставил его на землю. – Удачи тебе.
Анаис взялась за чемодан Влада и жестом подозвала Данила подойти ближе. Он подошел и коснулся ее плеча, будто здороваясь, хотя это было прощание.
– Все будет хорошо, – пообещала она. – Верь мне.
– Я верю, – кивнул Данил, и сомнений не было: верил.
– Я не сволочь, Данил, – вдруг сказала Анаис. – Меня всю жизнь спрашивают: почему я все еще здесь, почему не уехала, неужели мне нравится это все?
Данил молчал, понял, что ей нужно выговориться.
– И знаешь, как часто мне хотелось остаться там, где я была, где и ты был со мной? Столько раз я думала об этом! Бесконечные двадцать лет. Прокручивала варианты, сдавала билеты, собирала чемоданы. Но потом думала: а как же вы? Ты, он?
И Анаис коснулась его, а потом Влада, как в детской считалочке.
– Я всегда убеждала себя, что делаю это ради вас. Ради вас я сюда возвращалась, чтобы и у вас была возможность увидеть что-то большее, захотеть чего-то большего. И, хоть мне и безумно страшно, я рада, что в тебе взросло то, что я когда-то посеяла.
Данил подался к ней, и она положила ладонь на его щеку, теплую и колючую, мягко улыбнулась ему и пошла в сторону аэровокзала. Влад засеменил за ней, потом развернулся и бросился обратно к Данилу. Врезавшись в его живот, Влад сказал:
– Дай срочно бумажку и карандаш!
– Зачем?
– Надо!
Данил порылся в бардачке – ничего не нашел, только инструкцию по эксплуатации машины. Оторвал лист и протянул Владу.
– Карандаша нет, – развел он руками. – Ты бы еще букварь попросил.
Анаис достала из сумки карандаш для глаз.
– Подойдет? Давайте быстрее, нам уже пора.
Влад схватил карандаш, быстро написал что-то на листке и вложил в руку Данила.
– Пока!
Мальчик помахал рукой, и они с Анаис скрылись в здании аэровокзала.
