А родитель мой натаскал из сокровищницы разных полезностей. Что-то продал, что-то использовал. Сестре он раздобыл амулет, который продлевал жизнь. Правда, молодость он не сохранял. Бабка, вернее тётка, тогда не знала. Поначалу радовалась. Вот только в нашем мире стареть быстро стала, спохватилась. Может, у неё и была бы долгая жизнь, не упади она на ступеньку в гололёд. Только прожила бы она эту жизнь в облике старухи. Она и в том мире была уже не молода. Тамошние женщины вообще мало живут. Лет сто, не больше. Хотя по земным меркам вроде нормально. После прочтения тёткиных дневников немного вздремнул, а проснулся полный сил и желания что-то изменить в своей жизни.
Снова перечитал послание отца. Расторговавшись редкостями из сокровищницы, родитель собрал для меня приличное такое приданое. Двадцать империалов, вроде, огромные деньги. Я внимательно рассмотрел этот самый империал. Выглядел он как большая монета, диаметром сантиметров пять. А в середине был драгоценный камень. Не поленился, подошёл к окну и чиркнул камнем. Стекло издало противный звук, продемонстрировав царапину. Алмаз, сомнений нет. Даже пояснять не нужно, почему такая монета, где в сердцевине бриллиант размером с ноготь, так дорого ценится.
Были в ларце ещё монеты. По всем им наличествовала подробная инструкция. Отец писал, что сестра не в курсе цен и названий монет в Империи. А ему же удавалось со старым рабским ошейником покидать короля на несколько часов. Это потом получалось вырваться не более чем на час. Я, прочитав всё, оценил ту работу, что проделал отец. Имея возможность покинуть дворец на столь короткий срок, раз в сутки, родитель подготовился основательно. И сестру переправил на новое место, и замуж её выдал, и для меня всё собрал.
Но пока все отцовские заготовки дали сбой. Ларец я открыл спустя пять с половиной лет. И потому фраза: «Поторопись. Занятия в Академии начнутся через шесть дней», – меня никак не вдохновляла. Из некоторых записей я уже понял, что год на Земле длиннее. Лучше бы ты, папа, календарь положил. А то упоминание, что я буду, по меркам того мира, примерно в возрасте восемнадцать лет, ничего мне не давало. Допустим, я за эти годы практически не изменился внешне. Скажу восемнадцать, и мне поверят. А как быть с несовпадением в годах вообще. Когда в ту поступают Академию? В какой месяц и день? В том, что я переберусь в тот мир, я уже не сомневался. Но хотелось появиться там во всеоружии.
