Он надел часы, просто чтобы знать время. В 9.29 он уже сидел у окна. Дорожка все еще была пуста. 9.30. Пуста. 9.31. Пуста.
Джонни посмотрел на небо: ни одной звездочки. Накрапывал дождик. Какое-то движение за домом привлекло его внимание. Но ему как-то не хотелось смотреть в ту сторону: он знал, что там находится.
Однако посмотреть нужно. Да, кто-то стоял на дорожке. Не Тобес. Женщина. Странная: красный плащ с капюшоном вроде мантии скрывал ее лицо.
Она манила его правой рукой.
Джонни помахал ей в ответ, надеясь увидеть ее лицо. Тобес говорил, что покажет Джонни дух Алисы Морни, так? Но это был не дух, это был Тобес в плаще. Так дай мне увидеть твое лицо, госпожа привидение!
Тобес не станет ждать долго. Джонни неслышно, как тень, скользнул по лестнице вниз. Майк Андерсон и Злая Ведьма отчаянно ссорились: их голоса слышны были в коридоре. Злой Ведьме не нравился этот арендованный дом, она хотела иметь собственный. Этот – слишком большой, слишком неудобный, расположен слишком близко к кладбищу. Она опасалась влияния, которое эта близость могла оказать на мальчика: ха!
Пока Джонни шел по коридору к кухне, он услышал, как Майк заявил, что
Почему-то мальчика уже больше не пугала необходимость войти в темноту.
Он открыл дверь кухни. Полоса темноты отделяла его от соседского фонаря. Он вступил в нее, смело пошел вперед. Дошел до калитки. И… не увидел
Джонни во все стороны вертел головой, но ничего не видел. Дождь разошелся не на шутку. Порывы ветра раскачивали ветви над его головой, осыпая его градом капель. Холодные струи попадали за воротник.
«Эх, – подумал он, – вернусь-ка я домой! Все это смешно. Это только напуганные до смерти ребята валятся на землю, выпучив глаза, и у них душа уходит в пятки».
Джонни собрался возвращаться. Но когда в последний раз обвел взглядом все вокруг, заметил тонкий лучик света. Он двигался с холма вниз, туда, где начинались могилы. Футах в двадцати отсюда.
Свеча! Как же свеча может гореть под таким ветром и дождем? Может, это не настоящая свеча? Тогда что?
Пламя медленно поднималось. Из темноты возникало лицо. Белое, белое. У-У-У-У…
Даже на следующий день, при свете солнца, Джонни не мог без содрогания вспомнить о том лице. Оно было белым, как снег, а вместо глаз – две черные дырки и такая же дырка – рот. Однако это было человеческое лицо. Не череп. Лицо.
Джонни хотел закричать. Хотел побежать. Но из темноты за свечой появилась рука и поманила его. И вдруг шок прошел, он почувствовал себя увереннее. Потому что это был Тобес, а все, вместе взятое, – просто забава. Подыгрывай ему, и он не обидит тебя.
Джонни медленно приблизился. Он безудержно хихикал, будто ему щекотали живот. Но это был не Тобес.
Фигура медленно стала двигаться вниз по дорожке. На мгновение свеча исчезла. Потом появилась та страшная белая рука со свечой, ее слабый свет освещал мальчику путь…
Они дошли до поворота, дорожка вела в глубь кладбища. И именно туда Тобес хотел отвести Джонни. Мальчик в этом не сомневался. Теперь фигура стала двигаться быстрее. Мальчик побежал, чтобы догнать ее, позвал: «Тобес!» Во рту пересохло, голос прозвучал хрипло. Джонни сглотнул и попытался еще раз покричать Тобесу. Но фигура уже буквально неслась по дорожке. Привидение летело, у него не было ног, оно двигалось бесшумно. Джонни несся следом.
Ветка ободрала его лицо.
– Тобес! – кричал он. – Подожди, остановись. Все это потрясающе, парень, но я хочу увидеть тебя…
Ветки хлестали его по лицу, по глазам. Было больно. Наконец Джонни увидел то, что принимал за привидение, оно двигалось совсем близко. Потом рядом с ним раздался голос. Джонни резко обернулся: перед ним – ужасное белое лицо. Две черные дырки глазниц придвинулись к нему, он увидел полоску крови, сочившейся из пустого провала рта, – нет, это была не кровь, червяк…
Свеча исчезла.
Джонни истошно заорал.
И побежал…
Он одержал бы победу в соревновании по бегу на любую дистанцию. Летел, не оглянувшись ни разу. Ворвался в кухню, совсем не думая о том, какой ужасный шум он поднял. Плюхнувшись за кухонный стол, он закрыл голову руками и заплакал. Нет, он не рыдал. Он плакал беззвучно.
Спор в гостиной продолжался. Теперь разговор шел о деньгах. Внезапно наступила тишина.
– Что это за шум? Кто-то плачет? Джонни? – в тревоге спрашивала Николь.
Послышались торопливые шаги. Джонни хотел бежать. Но бежать было некуда. Он – в ловушке. Злая Колдунья вошла в кухню, включила свет.
Странно, но ему тогда показалось, что это его настоящая мама. Она помогла ему подняться наверх. Приготовила горячий солодовый напиток с печеньем. Долго стояла у кровати, держа его за руку. Она что-то долго тихо говорила ему. Позднее он не мог вспомнить, черт возьми, ни одного слова, – осталось только ощущение чего-то теплого, ласкового.
Майк Андерсон тоже стоял у двери, засунув руки в карманы. Но в комнату не вошел. Похоже, он скучал.
