Он — первый земледелец — ненавиделКровь жертвенных животных и принесПлоды и колос вспаханного поляВ дар Богу,Жаждавшему испарений крови.Но был отвергнут его бескровный дар,И он убил кочевника,Топтавшего посевы.«А эта кровь — тебе угодна, Ягве?»И прочь ушел с пылающим клеймом:«Отметится всемеро тому, кто тронетОтныне Каина».3Порвавши узы кровного родства,Он понял хмель одиночестваИ горький дух свободы.Строитель городов — построил первый тюрьмы;Ковач металлов —Сковал он первый плуг, топор и нож;Создатель музыки, —Прислушиваясь к ветру,Он вырезал свирельИ натянул струну;Ловец зверей — он на стенах пещерыОбвел резцомВиденья разгоряченных снов:Бизонов, мамонтов, кабанов и оленей.4Так стал он предком всех убийц,Преступников, пророков — зачинательРемесл, искусств, наук и ересей.5Кулак — горсть пальцев, пясть руки,Сжимающая сручье иль оружье, —Вот сила Каина.6В кулачном праве выросли законыПрекрасные и кроткие в сравненьиС законом пороха и правом пулемета.Их равенство — в предельном напряженьиСвободных мускулов,Свобода — в равновесьиЗвериной мощи с силами природы.7Когда из пламени народных мятежейВзвивается кровавый стяг с девизом:«Свобода, братство, равенство иль смерть» —Его древко зажато в кулакеТвоем, первоубийца Каин.
11 марта 1922
Феодосия
<p>МЕЧ</p>1Меч создал справедливость.2 Насильем скованный, Отточенный для мщенья, —Он вместе с кровью напитался духом Святых и праведников, Им усекновенных.И стала рукоять его ковчегомДля их мощей.(Эфес поднять до губ —Доныне жест военного салюта).И в этом меч сподобился кресту —Позорному столбу, который сталСвященнейшим из символов любви.3На справедливой стали проступилиСлова молитв и заповеди долга:«Марии — Деве милосердной — слава»,«Не обнажай меня без нужды,Не вкладывай в ножны без чести»,«In te, о Domine, speravi!»[1]Восклицают средневековые клинки.Меч сосвященствовал во время Литургии,Меч нарекался в таинстве крещенья.Их имена «Отклер» и «Дюрандаль» Сверкают, как удар. И в описях оружьяК иным прибавлено рукой писца: «Он — фея».4Так из грабителя больших дорог Меч создал рыцаря И оковал железомЕго лицо и плоть его; а духПровел сквозь пламя посвященья,Запечатляя в зрящем сердце меч,Пылающий в деснице Серафима: Символ земной любви, Карающей и мстящей,Мир рассекающий на «Да» и «Нет»,На зло и на добро.«Si! Si! — No! No!»,[2]Как утверждает Сидов меч «Тисона».5
