А мальчишки и девчонки мерзнут… Заморосил холодный, пригнанный с севера дождь. А они ведь почти голышом. Крайне неприятно, даже стучат зубы.
Петька в отчаянии выскакивает из окопа, и продолжает копать, произнося:
— Я отчаянным родился, и отчаянным помру! Если голову сломаю, я баранью привяжу!
Маша выскочила вслед за ним, мелькнув сизыми от пыли, девичьими пятками. Повыскакивали и другие пионеры, энергично работая лопатами. И не обращая на обстрел никакого внимания. Пусть фашисты стреляют, их этим не запугаешь.
Идет уже четырнадцатый год Великой Отечественной Войны, и фашисты увязли в боях за Саратов. Попытка продвинуться к Москве тоже оказалась неудачной. Немцы прорвались на тридцать-сорок километров в центре, преодолели пару линий обороны, и опять оказались остановлены. Ленинград твердо держится в блокаде. И никак не поддается.
Даже дисколеты не слишком помогают, при всей своей скорости и неуязвимости.
Гитлеровцы смогли взять Ржев, но на этой линии и остановлены. И уперлись в плотную оборону. Заодно ситуацию, осложнило поражение Японии, которая понесла крупный урон, штурмуя Алма-Ату. Сильно самураи тут сдали.
Но мобилизуют в свою армию китайцев. Россия тоже беспредельно истощена, и развить успех не может. Такой вот происходит обмен ударами.
А на пионеров уже прут танк… Первыми движутся самые тяжелые: АГ-200 пирамидальные, с двумя бомбометами, и толщиной брони в 550-миллиметров, под сильным наклоном и очень твердой поверхностью. Такой танк ничем не пробьешь. От брони любой заряд отрикошетит.
Но у пионеров нет страха, отважные ребята, приготовили сюрпризы для гусениц данного мастодонта. За ним движутся АГ-100, и АГ-50.
Юные воители замаскировали мины и самодельную взрывчатку. Можно, например, из смеси перегнившей травы, и навоза делать довольно мощные
Бомбы.
И пионеры замаскировали их в траву. Оружие без оболочки, и поэтому металлоискательные маленькие по радио управляемые танки этого не видят.
Маша шепчет:
— Во славу Родины святой…
Петя подтверждает:
— Должно сработать!
Дети улыбаются, они загорелы, чумазые лица, но светлые, выгоревшие на солнце волосы.
Как прекрасна такая пора жизни как детство. Люди, становясь старше, это все больше и больше понимают. Но зато когда человек только-только кончает школу, и еще не устроился на работу, то ощущает такое облегчение. Ведь такое мучение — это учится. Что за жизнь школьная: что каждый день контрольная, сложение, деление, таблица умножения!
Даже лопатой помахать на свежем воздухе, куда отраднее, чем учиться, учиться, и еще раз учиться!
Вот первый немецкий танк словно натыкается на кулак панчера. Под ним врывается бомба. В разные стороны летят разбитые катки, и прочее металлическое, и обломанное. Грозный Е-200 тряхнуло и, он остановился. Получил пайку от русских детей. Пальнул в отчаянии из бомбометов… Поднялись фонтаны взрывов. Вот и второй танк налетел на бомбы из перегнившей травы и навоза. И эту скалу тряхнуло. Немцы остановились, третий танк подорвался… А ведь весят мастодонты по триста тонн, и созданы такими, что способны держать попадания от орудий линкоров, отбивая снаряды в рикошет.
А тут их сопляки, соорудив мины из силоса, и коровьих лепешек, остановили.
Четвертый супертяжелый танк подорвался. Гитлеровцы остановились и открыли огонь. Мальчики и девочки детонировали бомбы, используя простую проволоку с искрой электроразряда.
Пионеры, видя, что фрицы затормозили, хором закричали:
— Адольф дурны! Наложил в штаны!
И смех показывание языков. Девочки смеются, они ведь тоже к этом причастны. АГ-200 снова двинулся, и подорвался пятый, супертанк. А мелкие размерами с собаку карликовые машины забегали. Они стараются обнаружить мины. Дети открыли по ним огонь из ружей. Фашисты останавливаются. Некоторые машинки у них загорелись. Более легкие танки пытаются прорваться, набирают скорость.
Но опять их встречают мины, и мощные подрывы, опрокидывающие современные танки. Немцы несут урон. Вот уже вторая дюжина подорвана. И пытаются обстреливать пионеров.
Одной девочке угодил осколок в круглую пятку. Она взвизгнула, и прокричала:
— Нет, сказали мы фашистам, не потерпит наш народ, чтобы русских, хлеб душистый, назывался словом брод!
Не выдала девочка муку, хотя подошву изящной ножки и рассекло, лилась кровь. Увы, это война. Ранения получали и другие пионеры. И при обстреле, это неизбежность. А мальчишку Мурата и вовсе разорвали пополам.
Гитлеровские танки стали сбрасывать крючки, чтобы оттащить поврежденные машины.
А в атаку пошла пехота. Тут много солдат из Африки, а также набранные методом облав индусы и арабы. Мальчишки и девчонки же вооружены одними ружьями, и гранатами. Слишком уж острая нехватка боеприпасов чтобы каждом дать АК.
Только у десятка самых обученных и опытных мальчишек Калаши. И они стреляют по фашистским наемникам.
Иноземная рать движется организованной толпой и несет колоссальные потери. Дети стреляют метко. И девочки-пионерки не уступают мальчикам-пионерам.