Замечательные получились воительницы. И красота и грация. А вот совести нет, убивают русских. Впрочем, это пока пехота. А вот появляются советские МИГ-15. Истребители мчаться в бой.
Ева произносит с плотоядной усмешкой:
— Наконец-то есть дело!
И направляет свой дисколет… Немцы пользуются своей неуязвимостью. Они таранят ближайший советский самолет ламинарной струей.
Альбина тоже хищно оскалилась и пискнула:
— Будущий мир будет нашим!
И шлепнет свое босенькой ножкой по броне. Она девчонка которую можно назвать восхитительной и попросту улыбчатой. Высший пилотах в ней мудрости и наката.
Точнее плохой мудрости, со знаком минус. Вот ее дисколет прессует советские реактивные истребители. Те пытаются из авиапушек вести огонь. Но попробуй, останови такую неуязвимую мощь. Против этого не видно ни приемов, ни разворотов.
Ева, пуская ламинарные струи, взяла и завизжала, ее круглые, девичьи пяточки блестели:
— Черные крылья над миром! Сатану, избрав себе кумиром!
И блондинка как тряхнет волосами цвета снега. Про такую можно даже песню сочинить.
Там живут несчастные, люди-дикари,
На лицо красивые, злющие внутри!
На лицо красивые, злющие внутри!
Там живут несчастные, люди-дикари!
А вот как разворачивают свой дисколет обе блондинки-смертницы, и ускоряют его движение. Оно становится все более стремительный, огнезарные даже полосы остаются в атмосфере. Советские машины, попадая под удары, ломаются и пылают. Становится по-настоящему стремно. Вот это и есть реальный Армагеддон.
Ева просипела, оскалив зубы:
— Кто-то страдает, а кто-то тащиться!
И девчонка возьмет и сверкнет своими жемчужными зубками. Которые впрочем, не мешало бы выбить ей за такие вот бесчинства. Вообще это какой-то весьма дикий кошмар.
Альбина, сбивая ламинарной струей обтекающей дисколет российские Миги, пропела:
— Дьявол! Дьявол! Дьявол спаси! Сталин, Сталин Рейх покарал! Дай нам фюрер, дай на мечи! Против, против красной чумы!
Ева, ломая советские самолеты, прочирикала:
— Дьявольский фюрер, рай или ад! Все убивает наш яд!
И девчонки зашлепали босыми ножками по металлу. Да чертовки ведьмы, и используют особую магию. А техника у фашистов оказал супер. Только лазером такое можно сбить.
Ева взяла и пропела с оскалом тигрицы, пропев:
— Я стану новой дьяволицей!
Альбина хихикнула и заметила:
— Один дьявол Сталин в могиле! А другой Молотов пока еще жив!
Ева проревела, махая мечами, точные джойстиками управления с антенами и оскалив мордашку:
— И Молотова закопаем!
И обе девушки взяли и пропели:
Призрачно все в этом мире бушующем,
Есть только миг, за него и держись…
Мир только миг между прошлым и будущем,
Именно он называет жизнь!
И воительницы как стукнуться головами, что искорки посыпались. А лбы у девчонок крепки, словно из стали.
Альбина взяла и прошипела:
— Ты душою крепче стали стань!
Ева проревела во всю глотку:
— И сможешь сокрушить насилья стань!
И обе девушка шлепнуться босыми ножками, да так что искры сыплются, словно извержение вулкана.
Ну, ведьмы, что с них возьмешь. И искрят они очень обильно.
А после хором пропели:
— За новый порядок, что все порвет!
Сталину-Путину уже некогда писать, про этих кровожадных красавиц. Да и неприятно. Сколько советских самолетов может дисколет сбить? Такого оружия даже в двадцать первом веке нет!
А так звони, работай, поднимай империю — пока фашисты не пришли и не взялись крушить.
Вот уже США Третий Рейх вместе с Японией добивает!
Великолепная, английская четверка: Джейн, Грингета, Маланья, Матильда штурмовали Нью-Йорк. Воительницы сражались на приземистом танке «Геринг»-4. Машина являла собой эволюцию «Черчилля». Несколько уступая в бронировании и чуть тяжелее, чем Е-50, но с сходным вооружением.
Выпускался танк на английских заводах, в Британии ставшей протекторатом Третье Рейха.
Джейн выстрелила по американской пушке и прочирикала:
— Мы большой электорат… Разобьем протекторат!
Грингета поправила свою напарницу:
— Не разобьем, а разовьем… Мы станем сильнее!
Грингета выстрелила, разбила американское орудие и философски заметила:
— Все что не убивает, то делает нас сильнее!
Маланья хихикнула, и выкрикнула:
— Банальна истина, но верится с трудом!
Матильда, задавив гусеницами пару солдат, заметила:
— Возможно, что истина и должна быть банальной. Например, Солнце желтого цвета, в чем можно убедиться, взглянув на небо.
Джейн очень даже широко растянула губы, обнажив зубки.
Дала Грингете выстрелить, и прочирикала:
— А Солнце скорее даже белое. Просто небо задерживает синие лучи и получается желтый оттенок.
Матильда хихикнула и заметила:
— А ты такая умная… Ловко подметила: что это лишь иллюзия желтого цвета!
Грингета снова выстрелила, разбила дзот и прочирикала:
— Все в нашем мире иллюзорно… Только убивают по-настоящему!
Маланья врезали из пулеметов, и шутя, а может и не шутя, проверещала:
— А может и смерть это иллюзия! Ведь душа бессмертная, и пожалуй в плане формирования личности — первичная!
Грингета снова выстрелила и пропела:
— Хоть тело без души не тело, но как слаба душа, без тела!
Джейн ощутила в себе лирически подъем и стреляя запела. А подруги стали ей подпеть.