Клеопатра ишачила на женской каторге. На пятый день усталость от тяжелейшей работы достигла наивысшей точки. И девушка когда встала, то ощутила, себя словно глубоко под водой. Краски померкли, и стал черно-белым фон. И боль буквально взрывалась в каждой клетке и жилке принцессы. А босые ножки исколотые и сбитые, пылали. Принцесса шаталась от невыносимой боли и дикой усталости. Ее буквально разрывало и мучительно ныла каждая жилка и косточка.
Движения стали замедленные и труд просто адский. Старшая женщина подбадривала принцессу:
— Крепись детка! Скоро тебе станет лучше! Давай махай топором энергичнее!
Чтобы хоть немного поднять настроение, и преодолеть кошмар, Клеопатра запела;
Я родилась принцессой во дворце,
Имела все буквально от рожденья…
Казалась я жемчужина в ларце,
И вызываю просто изумленье!
Королевства девочкой горды,
Которая в шелка одета в бархат…
Но вот пришел потом круто орды,
Бывает очень трудным это завтра!
Да славится наш очень древний род,
Который помнить время Иисуса…
Но вломился в зал стальной урод,
Что не имеет такта, даже вкуса!
И стало как-то очень тяжело,
Все охватил пожар, повыше кручи…
Сломалась лодка, треснуло весло,
Я стала девкой просто невезучей!
Сорвали драгоценности с меня,
Жемчужины, рубины, бриллианты…
Фортуна ставит счет — идет пеня,
Продали генералы дилетанты!
Теперь рабыней стала я нагой,
И плеткою меня широкой хлещут…
Без туфель по камням иду босой,
Одни лишь слезу на щека так блещут!
Таскаю камни, бьют меня бичи,
С рассвета и до самого заката…
Одно лишь остается — помолчи,
Тут умираю дети и ребята!
Палач раскрутит, ведь в колючках плеч,
И по спине ударит девке голой…
Ты можешь просто взять и умереть,
А была августейшею особой!
Вот цепи на ногах моих звенят,
Оковы стали тяжким украшеньем…
Ну, где же принц, я заждалась тебя,
Я верю, ты придешь с кровавым мщеньем!
Тогда спадут оковы со принцесс,
А ножки огрубевшие запляшут…
И побежит орда, разбита в лес,
И превратим подонкам рожи в кашу!
То взведет меня мой принц на трон,
И руку девке доблестной протянет…
Пусть ждет злых катов ужас и позор,
Пусть торжествует Авель, а не Каин!
Пока же камни под моей ногой,
В жару и холод быть принцессе босой…
Но выдержу я битву с Сатаной,
Не уступлю и нету тут вопросов!
Такая песня смогла собрать силы и отстоять принцессе критический день, не отставая от других женщин-каторжниц. Потом поев рыбки, девчонка с августейшей кровью завалилась на солому. Плюхнулась себе, и сразу же заснула.
И ей снилась свадьба. Как она идет под венец с прекрасным юношей в короне. И что счастье вернулось к ней. И она повелительница половины мира. И весь мир благодарен принцессе, которая сотворила настоящее чудо.
И многочисленные подданные целую следу от ног на длинных каблучках.
Июль 1945 года. Пятерка девчат Наташка, Мирабела, Анжелика, Светлана, Олимпиада сражается в Филадельфии. Этот крупнейший город на севере США своего рода ключевой узел американской обороны. Войска Третьего Рейха наступают, угрожая захватить богатейшую державу мира. А потом они неизбежно обрушаться на СССР. И будет тогда очень плохо.
Командир батальона Наташка, в своей обычной форме: босоногая и в одном бикини.
Девушка стреляет из базуки, по немецкому танку Е-25. Это более легкая и маневренная машина, в ней можно найти уязвимое место. И попадает в борт, заставляет немца крутиться. После чего Наташка дает очередь из автомата, скашивает пятерых индусов из армии Третьего Рейха. Произносит с ухмылкой:
— Они не пройдут!
И швыряет ногами гранату. Снова разлетаются осколки, масса потерь, и оторванных голов. Наташка сражается не в первый раз. У нее послужной список от самого Бреста. И воительница полна сил и решимости выстоять, до конца. Рядом умирает с разорванным животом афроамериканец. Это действительно жуткое зрелище. Чернокожий корчится и из него выходит дух.
Наташка восторженно произносит:
— Два раза не умирать! Ничто нас в жизни не может, вышибить из седла!
И снова бросает босыми ножками гранату.
Златоволосая Мирабела тоже тут как тут. И швыряет гранаты ногами. Она девушка очень красивая и внешне хрупкая, но очень ловкая. Падают убитые арабы из колониальных войск Третьего Рейха. Вот по бородатому лицу одного из них растекается алое пятно.
Мирабела пропела с восторгом:
— Есть на свете цветок, алый, алый… Олимпийская сказка прощай!
И снова ее изящные, босые ножки в движении. Метают гранату, и поражают противников. Словно крапиву срезает коса. А девушка метает. Она искрометная.