Сережку и дедка раздели и положили на козлы. Стали лупить плетьми. Дед кряхтел и молчал. Сережка, стиснув зубы, старался сдержать крики. Но было очень больно.
Наконец когда спина превратилась в кровавое месиво, дедушка и мальчик потеряли сознание.
Сережка пришел в себя от ведра холодной воды. Его спина пылала. Трудно был пошевелиться. А над дедом склонился фельдшер. Человек в сером халате равнодушно произнес:
— Откинулся старик!
Свирепый офицер жестко приказал:
— Так закопайте его на тюремном кладбище. А щенка в подвал, содержать в кандалах, до суда!
Сережку подняли за волосы, и так голышом и избитого повели во двор к кузнецу. Мальчику было очень стыдно и больно. Его заковали в металл. Даже обожгли раскаленным железом. Сережка с трудом волок тяжелые кандалы. Его голого, с исполосованном спиной, заперли в холодном подвале. Там пищали крысы, и ползали мерзкие твари. Так что мука у мальчишки продолжилась.
Сергей продрог, пару раз по нему пробежалась крыса. Уснуть было совершенно невозможно. Мальчишку к тому же не кормили, не дали даже воды. Видно офицер получил особую мзду от хозяйки, чтобы максимально жестоко проучить циркачей.
Сережке очень хотелось пить, и мальчик, чтобы было, легче прикасался языком к сырым стенам. Несколько часов пацан мучился, от холода и кусающий кровососов, но потом все же потерял сознание, забывшись в тяжелом сне.
Мальчишку разбудили ударом плети, и прямо в железах поволокли в суд.
Оказавшись на дворе, после холодного подвала Сергей ощутил некоторое подобие блаженство. На него вылили пару веред воды, смыв грязь, и кровососов. Потом выдали какие-то короткие штаны, чтобы прикрыть срам, и погнали в суд.
Сергей передвигался тяжело, и сильно прихрамывал. С исполосованной спины капала кровь.
Судья оказался пожилым человеком. Бросил презрительный взгляд на мальчишку, осведомился в чем его вина.
Офицер подобострастно ответил:
— Увел очень дорого и породистого пса у графов, плюс еще напал на дворника!
Судья лениво спросил:
— Паспорт есть?
Офицер отрицательно мотнул головой:
— Никак нет!
Судья монотонно произнес:
— Приговариваю мальчишку, как его там…
Офицер подсказал:
— Сергей ваше величество!
Судья продолжил:
— Мальчишку Сережку, к заключений в приют тюремного типа, до совершеннолетия. А также к сотне ударов кнутом! Публично, в присутствии народа! Да будет так!
И судья стукнул деревянным молотком!
Офицер ухмыльнулся и заметил:
— Мы его уже пороли… Впрочем, в отрог мальца, до порки?
Судья кивнул:
— Да порка будет завтра! А пока пусть посидит в камере!
Мальчишку ткнули штыком в затылок и конвоир прикрикнул:
— Иди!
Сережке пришлось, тянуться в кандалах. И несколько верст. Тяжелые цепи натирали руки и ноги, мальчику, который ослаблен поркой это тяжело. И пацан едва волочился. А его подгоняли, и покалывали штыками между лопаток.
Кое-как голодный, измученный, мучимый жаждой мальчишка добрался до городской тюрьмы. Там его встретили несколько благодушнее. Сняли кандалы, потом снова вывили воды, и отправили брить голову. Мальчишка чувствовал, себя очень скверно. Сбрили волосы острой бритвой. Это неприятно, кожа на голове расцарапалась. Без мыла брили, под холодной водой. Болезненная процедура. Потом мальчишку повели в тюрьму. Внутри воняло. Но все же не в подземелье, немного теплее. Надзиратель приказал: — В детское его!
Сергей ощутил облегчение. Да и без кандалов немного веселее. Его затолкнули в камеру. Там была целая дюжина мальчишек от десяти до пятнадцати лет. Все стриженые, в лохмотьях, почти все босиком, кроме старшего, который был в разбитых сапогах.
Старшой посмотрел на Сергея. Худенький, но жилистый мальчик, со свежевыбритой головой, и иссеченной спиной. В одних лишь шортах. Мозолистые, от долгого хождения босиком ноги, загорелая кожа, свежие следы от кандалов.
Мальчишка произнес цедя:
— Ты вор?
Сережка честно ответил:
— Нет! Я циркач!
Старшой мальчишка, несколько смахивающий на цыгана, прошипел:
— Можешь, пройтись на руках!
Сережка, просто ответил:
— Могу!
Старшой пробулькал:
— Так пройдись!
Сережка тяжело вздохнул:
— Я устал, и могу сделать всего несколько шагов!
Цыган рявкнул:
— Делай!
Мальчишка взял и встал на руки. Немного кружилась от голода, жажды, побоев, и усталости голова.
Но Сергей нашел себе силы пройтись по рукам, и с яростью сделал сальто.
Цыган одобрительно кивнул и произнес:
— Садись со мной!
Сережка уселся. У него отваливались ноги, после пути в тяжелейших кандалах. Цыган приветливо улыбнулся, достал кусок хлеба и сала с луком.
Предложил:
— Поешь!
Сергей облизнулся и попросил:
— И воды еще!
Цыган усмехнулся:
— Вода есть! Попей, поешь!
Сергей взял в руки кувшин, и попил воды. Она была теплой, и не слишком свежей. Но мальчик жадно выпил почти весь кувшин. Потом поел сала, луки и хлеба.
Почувствовал себя лучше. Цыган спросил:
— А за что ты попал сюда?
Остальные мальчишки загалдели:
— Да расскажи нам!
Сережка принялся все как есть рассказывать. Хлопцы внимательно слушали, задавали вопросы. Потом когда Сережка кончил, цыган заметил:
— Да жестокие люди… Но из тюремного приюта можно сбежать.
Сережка пожал худыми плечами и спросил:
— А как там?