Продукция высоких технологий в экспорте России составляет не более 0,5 процента. Для сравнения: в США — свыше 40 процентов, в Германии, Японии — не менее 30 процентов. В мире существует двадцать пять технологий, которые будут определять лицо цивилизации в XXI веке. Из них семнадцать принадлежат США, семь — Японии, и только одна — России. Даже на внутреннем рынке отечественные технологии составляют всего 3,5–4 процента от всех используемых технологий.
Такое положение напрямую связано с состоянием образования в нашей стране. С первого места при Советском Союзе мы скатились на шестьдесят второе место в мире. Сейчас только 15–17 процентов россиян имеют высшее образование. Однако известно, что для нормального поступательного развития экономики, базирующейся на высоких технологиях, необходимо, чтобы 80–90 процентов взрослого населения имели высшее образование.
Если есть проблема, ее надо решать. Что же для этого предложила России путинская команда? Законопроект «Об автономных учреждениях», против которого выступили большинство ректоров высших учебных заведений, профсоюз работников народного образования и науки страны, Российская академия наук. С критикой законопроекта выступили и депутаты от оппозиции. Но, несмотря на столь внушительный голос протеста фракция «Единая Россия» вместе с жириновцами протащили проект, основная суть которого сводится к тому, чтобы снять с государства обязанности гарантированного финансирования бюджетных учреждений, и в первую очередь образования и науки. Само образование постепенно перестает быть бесплатным, становясь доступным только для богатых людей. И это еще один путинский удар по стране, ее цивилизации и культуре, по развитию высоких технологий.
По оценкам специалистов, лишь за первую половину девяностых годов из России выехало около 80 тысяч ученых, в их числе и будущий лауреат Нобелевской премии. При путинском правлении утечка мозгов не сократилась, ибо мало что было сделано для развития науки. Путин не смог понять, что в XXI веке интеллектуальный и информационный капитал станет в экономике определяющим фактором, а у государства возрастет роль новых функций, связанных с развитием науки, образования, культуры и здравоохранения. Поэтому он со своей командой оставил Россию без надежного будущего. Его правление можно оценить и как потерянные для страны годы, и как осознанное разрушение ее базисных устоев.
При Путине продолжил деградировать военно-промышленный комплекс, который сегодня способен производить чуть более половины комплектующих изделий для вооружения и военной техники. Этим, пожалуй, сказано все.
На последнем издыхании сельское хозяйство, страна лишается своей продовольственной безопасности и кормить Россию по своему усмотрению и желанию вскоре станет зарубежный сельхозпроизводитель. На закупку за рубежом сельхозпродуктов — в основном низкого качества и вредного для здоровья людей — мы ежегодно тратим 15–18 млрд. долларов, огромные деньги, которые позволили бы за небольшой период времени поднять наше село с колен.
Одна из главных проблем — это катастрофическая утрата на селе производительной силы. И трудно было понять В. Путина, когда он говорил о проживании в сельской местности 40 миллионов граждан как о надежном факторе. Цифра названа правильно, но, видимо, Путин не знал, что скрывается за ней. Почти половину сельского населения составляют пенсионеры, инвалиды и, к сожалению, деградировавшие от алкоголя люди. Трагично, но это факт.
Чтобы оздоровить ситуацию на селе — мало только лишь вкладывать деньги в аграрную индустрию, необходимо восстанавливать социальную сферу, создавать нормальные бытовые условия для жизни молодежи. А на это, как сейчас опять утверждает правительство, достаточных денег, даже в рамках национальных проектов, нет.
Россия в своем развитии на десятилетия злонамеренно отброшена назад, и сделано это руками ее правителей, внутренней, пятой колонной.
Здесь снова приходится задумываться над постоянным вопросом: почему выбор Б. Ельцина в 1999 году пал на В. Путина? Преемник не был блестящим разведчиком, большим юристом, не обладает он стратегическим мышлением и государственной мудростью. Идо этого ни в чем себя не проявил. И все-таки выбор остановился именно на нем, а не на ком другом. Если Б. Ельцин опасался выдвигать на управление государством сильную и самостоятельную личность, способную существенно скорректировать его же разрушительные реформы, то и Запад, которому Россия нужна лишь в качестве сырьевого источника и свалки вредных отходов, тоже знал, какой российский престолонаследник придется к их двору. К тому же западные политики боялись и до сих пор боятся возрождения союзного государства в любых его формах.
