— Хочу обсудить главный вопрос.
— Борис Николаевич, может, уйдете в срок? — робко спросил Путин. — Я не совсем готов.
— К этой должности, Владимир Владимирович, нигде и никого не готовят. Президентами становятся по велению судьбы. Ну и. — Ельцин криво усмехнулся, — по велению президентов. Из вас — получится. На сто процентов уверен. Вы у меня — последняя надежда!
Когда в последний день декабря 1999 года Ельцин в последний раз вышел из кремлевского кабинета, Путин записал новогоднее обращение, провел встречу с членами Совета безопасности и остался один. Совсем один. И не столько в кабинете. Сколько в Кремле, в стране, в мире. Потому что так бывает со всеми, кто оказывается на вершине власти. Все меняется в одно мгновение. Соратники, советники, помощники — все не в счет. Даже семья. Человек вершины обречен быть на виду, в окружении ив тоже время оставаться одиноким. Его удел быть постоянно наедине с собой и мыслями о своей стране, о странах-соседях, союзниках и конкурентах, атои странах-противниках.
Время шло к полночи. Пора было уезжать домой. Но и прерывать это тяжкое и одновременно сладостное состояние не хотелось. Поэтому, выйдя из резиденции, он показал охране знаком следовать за ним, а сам, чуть убыстряясь, пошел через пустынную Ивановскую площадь, мимо Большого Кремлевского дворца и здания Оружейной палаты к выходу из Кремля. Как бы продлевая состояние этого нового и еще совсем неизведанного чувства одиночества. Машины и охрана медленно и поодаль двигались следом. И пока шел, в мыслях успел пролистать всю жизнь, которая непонятным ему самому образом вознесла на властную вершину. Перед Боровицкой башней он сел в президентский автомобиль со штандартом и выехал за кремлевские стены, чтобы завтра и потом еще много раз по утрам стремительно въезжать через эту же башню для работы на Кремлевский холм.
Черная полоса в отношениях Березовского с Путиным не задержалась. Первый звонок прозвенел уже через месяц после приведения Путина к президентской присяге.
В этот день Березовского вызвал на допрос следователь Генеральной прокуратуры. Правда, пока в качестве свидетеля. И он узнал, что контролируемые им как самым крупным акционером «Аэрофлот» и Общественное российское телевидение проверяют следователи Генеральной прокуратуры на предмет выявления причастных к крупным хищениям собственности этих акционерных компаний. Первая проверка началась еще под нажимом премьера Примакова. Казалось, с его уходом все прекратится. Но прокуроры продолжали «рыть». И тут произошел по-крупному первый облом в его расчетах. Обращение к теперь «своему» президенту Путину: «Володя, мы так не договаривались.» — желаемого результата не принесло. Ордер на его арест уже был выписан. Предупрежденный об угрозе неким доброжелателем, он не стал испытывать судьбу и укрылся в Лондоне, из которого, как и «с Дону», выдачи нет, заявив на прощание: «Лучше быть политическим эмигрантом, чем политическим заключенным».
Через десять лет он навсегда покинул этот мир обедневшим эмигрантом, тоскуя по России и в полном одиночестве. И что бы о нем ни говорили, никому и никогда не удастся умалить его былую фантастическую влиятельность, хотя и со знаком «минус», на российские политические процессы и дьявольское мастерство «делать президентов». А последствия этого и других демонических способностей и деяний этой явно нестандартной личности еще долго и по-разному будут сказываться на нашей жизни. Хотя эпоха олигархов типа Березовского с его уходом завершилась. Теперь наступили времена олигархов путинского розлива типа Сечина, Ковальчу-ков, Ротенбергов и Тимченко.
Судьба Бориса Березовского дает основания и для другого — главного вывода: смертный человек, взявший на себя функции вечного Божьего промысла по устройству власти, каких бы он ни был способностей, обязательно окончит жизнь банкротом от пагубной безбожной гордыни.
Май 2000 года является началом собственно президентства Путина. Выборы прошли успешно, волнительная церемония приведения к присяге позади. Настал третий и важнейший этап — утверждение председателя и формирование правительства. Однако выбора не было. Ельцин и Семья продвигали Михаила Касьянова. Статного красавца с приятным бархатным баритоном.
