Продолжение приключений лейтенанта, опубликованные на платформе «ЛитРес», в рассказах «Уссурийские тигры», «За елками», «Летайте самолетами Аэрофлота» и далее по тексту. В рассказе описаны события путины сентября 1982 года.
Прекрасным людям, образца расцвета застоя
посвящается.
Глава 1. Инструктаж.
Приближался октябрь, с его началом к нам, в бригаду, должна была приехать годовая проверка из 775 УВСЧ, г. Москва, не меньше десяти полковников и один генерал. Комбриг вызвал меня, предложил сесть, что никогда еще не делал.
« Слушай, товарищ лейтенант – сказал он – через две недели приедет проверка, десять мужиков, сейчас поедешь в Амурск, там началась путина, комбат предупрежден, его контролировать не надо, но все-таки. Поможешь ему заготовить десять ведер икры и хвостов, около сотни, по десять рыбин на каждого проверяющего. Учти, что это наш главный подарок комиссии, будут и другие, но этот важнее всех, основная цель их экспедиции. Сроку Вам полторы недели, после этого рыба должна быть готова к транспортировке. Приедешь обратно, будь готов возглавить работу по обеспечению жизнедеятельности комиссии. Солоха, похоже, уже не справиться, его болезнь становиться хронической, опять началась стадия обострения. Все, удачи».
Подполковник Солоха командовал Уссурийским, «придворным» батальоном. Бригада рядом, начальником над ним, как «собак нерезаных», всем что-то надо, а тут, еще, четыреста гавриков, за ними контроль и контроль. На его душевные срывы смотрели сквозь пальцы, иногда разрешая ему напиваться до «зеленых соплей». Он зачастил, и комбриг принял решение забрать у него участок по обеспечению комиссии всем необходимым. Солоха мог запросто лишить комиссию запаса и провалить любое намеченное мероприятие, а там ребята закаленные, им без горючего нельзя, они целый год по проверкам катаются, привыкли уже. Вообще, Москва знала, когда и куда приезжать с проверкой. Когда черешня подходит в Молдавии, значит в Молдавию, помидоры и перец на Украине заколосились, пора Украину проверять, виноград и дыни ждут проверки в Узбекистане, красная рыба на нерест, лимонник созрел, значит, пора собираться на Дальний Восток.
Амурский батальон по праву считался образцовым, некоторое время назад им командовал Корниевский. Комбат и замы там все молодые, лет на пять старше меня, выше капитана никого нет. Батальон стоял на берегу Амура. Доложился комбату, познакомились, он позвал замов, представил меня всем.
« Чигирь – сказал он зампотылу, – ты и замполит делите тут власть, хотите, вместе командуйте, хотите по одному, чтобы было все, как сейчас».
« Николай – он обратился к зампопроизводству – тебя здесь быть не должно, свои объекты знаешь, котельная должна быть готова через две недели. Да, ты катера пригнал».
« Стоят внизу, – ответил Земсков – полные баки, в каждом, в канистрах по двадцать литров, в Хурбе три бочки по двести литров заготовлены, снасти, оружие и продукты в носу, в ящиках. Два термос-ящика у тебя в катере».
« Спасибо – ответил Андрей – завтра, днем, как официально разрешат путину, уйдем. Я Жидкова с собой заберу, на второй катер. Пойдем начвещ., я тебе Амур покажу, как раз гонцы последний день идут, как только пройдут, и мы тронемся».
Вышли на невысокий берег. У нас, на откосе, Волга широкая, возле Юрьевца, перед водохранилищем она еще шире. Знал, что Амур самая длинная река в мире, но такого увидеть не ожидал. Другого берега я просто не видел, в дымке, еле заметно просматривалась полоска земли.
« Это другой берег» – спросил я у комбата.
« Нет, – усмехнулся он – это старица там, берег гораздо дальше».
Противоположный берег было трудно рассмотреть еще и потому, что река кипела всплесками, было видно, как шла рыба, волна за волной. Два МИ-8 пролетели над нашими головами по направлению хода.
« Гонцы идут, одни самцы, уже четвертый день идут – показывал рукой Андрей – сейчас самое ответственное время, если нормально пройдут то и остальная рыба тронется, она сейчас возле устья, в Николаевске-на-Амуре, кругами бродит. Как они между собой переговариваются, одному Богу известно. Вертолеты видел, сейчас ни одна машина на берег носа не покажет, расстреляют с воздуха и дальше полетят, а если промахнуться, то на берегу свои же братья-рыбаки угрохают. Сейчас никому не до шуток, эта неделя весь год рыбой кормит».
Я смотрел на кипящее море и меня постепенно стал забирать под себя страх, страх перед неведомой, трудной и, похоже, опасной работой, которая мне предстоит. Комбат, своим инструктажем только добавлял его.
