- Больше стоит. Доедем как-нибудь. А сломается - и бросить не жалко. Завтра я буду у тебя в девять утра.
Выехали вовремя.
- Куда едем? - поинтересовался я.
- Точно не знаю. Давай на восток. Там территории заселены меньше.
- Я в соседнюю область ездил в командировку от работы. Ехали часа три, ни одного села. Одни поля. Правда засеянные.
Рейган покивал головой:
- Да. Пришли агрохолдинги, всё на механизации. Тем не менее - на восток. Найдём деревню, так чтобы одни старики век доживали.
- Это правильно, - согласился я. - Кто кроме стариков может помнить былины и сказания? Молодые только по современным вещам. Хотя, помнишь в детстве был фильм? Там бабка этнографу под балалайку пела Высоцкого, 'Разговор у телевизора'.
Рейган опять кивнул:
- 'Шла собака по роялю'. Помню.
- Вот. А сегодня тебе Моргенштерна споют под балалайку.
Рейган загрустил:
- Я Моргенштерна не слушал. Мне споют - я не пойму. Прокатит ведь. Останови у урны какой-нибудь.
- Зачем?
У Рейгана в руках были какие-то бумажки.
- Из почтового ящика достал, - пояснил он. - Меня не будет, что они будут лежать?
Я тормознул, он скомкал какие-то рекламные листочки и метко закинул в урну. В руке у него осталась газета.
- Ты что-то выписываешь?
- Нет. Кандидат в депутаты забросил.
- Ты эту гадость читать будешь?
- Посмотрю, что обещает. А так оставил, чтобы потом что-нибудь завернуть. Если будет нужно.
Он стал пролистывать газету, мы какое-то время ехали молча.
Тут Рейган вскрикнул:
- Это для нас?
- Что случилось?
- Кандидат этот в депутаты пишет: нужно приложить все усилия для возрождения русского села. Например, деревня Малая Алатыевка, такого-то района. До ближайшей трассы час езды, магазина нет, школы нет, ничего нет. Остались старики да старухи. Нам туда. Сейчас найду её.
Рейган как штурман вёл нас по карте в телефоне.
- Вот, - показал он съезд с дороги. - Тут грунтовочка уходит, там где-то деревня. Давай туда.
Машина скатилась с трассы на избитую сухую тропу и покатилась между полями. Вдали работал неопознанный сельхозагрегат. Как не раз писали в книгах: в небе палило солнце, перелетали птицы, в траве стрекотали кузнечики. Идиллия. Мне поездка начинала нравиться.
После полудня добрались до деревни. Проехали пару домов, притормозили.
- Давай ехать медленно и смотреть по сторонам. Как увидишь живого человека, тормози. Спросим у него, где бы здесь остановиться.
Живого человека нашли в конце улицы, он открывал ворота, собираясь выкатить на улицу мотоцикл с коляской.
Мы спросили у него, кто может взять постояльцев?
- А чего вам с хозяевами ютиться, - спокойно ответил мужик. - За поворотом дома к реке идут, второй от реки пустой, хозяева в городе, ключ у меня. По цене сговоримся, я вас пущу.
Внутри дома я сразу вспомнил детство. Тканые дорожки, ситцевые занавесочки, сонная муха между стёкол. Окна во двор, где разрослась малина под старой яблоней.
- А дрова где можно нарубить?
- Зачем дрова? - изумился мужик. - Здесь плита газовая.
- У вас газопровод в деревне?
- Не дотянули. Но у Виталика, он через две улицы, я покажу, возьмёте баллон.
Рейган усомнился:
- Мы баллон не израсходуем. Зачем нам баллон?
- Во-первых, возьмёте маленький. Во-вторых, рассчитаетесь по манометру, сколько израсходуете. У Виталика можно и с машиной, если что порешать. Масло поменять или канистру бензина перехватить до трассы доехать.
Это было важно, потому что до трассы было прилично. Мы через луга час ехали.
- Продуктового магазина, - продолжал Михалыч, так звали мужика, - у нас, считай, нет. Лавка всякого товара, медсестра содержит.
- Какая медсестра?
- Деревенская. Медпункт почти закрыли. Вот она и совмещает. Отделила половину. Полдня она - Клавдия-медсестра. Потом перешла в другую половину - Клавка-продавщица. Хлеб привозят. Иногда молочку. Но по дворам всё можно купить: овощи, мясо-сало, молоко свойское. Вода в доме тоже есть, за сараем вентиль, я вам открою.
Мы отдали мужику аванс, перетащили продукты из машины в дом. Михалыч показал, где погреб, мы снесли туда скоропортящееся. Сходили к Виталию, принесли баллон, наладили плиту. Вскипятили чай.
Я был в восторге. То, о чём мечтал. Шикарный отдых.
Остаток дня мы гуляли по округе, любовались. Вечером, сидя на лавке, наслаждались видом звёздного неба. В городе небо засвеченное, такого пиршества светил нет.
На следующий день пошли искать стариков.
По пути наткнулись на дом, на котором висело две вывески. Одна слева от двери, официальный квадратик: 'Фельдшерско-акушерский пункт'. Справа под крышей большая вывеска: 'Сельпо'.
Здесь хозяйничала Клавдия. Дверь была одна, мы вошли. В тесном коридорчике виднелись две двери.
'Как квест - подумал я. - Куда свернёте Вы?'
Правая дверь была полуоткрыта. Пахло хлебом. Мы вошли. Это было время Клавки-продавщицы. Она осмотрела нас с хитрецой и сказала:
- Если приболели, то рано ещё. После обеда приходите.
- Да нет. Мы за хлебом.
Клавдия сняла с лотка буханку:
- Ещё что?
- Пока всё остальное у нас есть.
- Удочек не вижу.
Мы растерялись.
- Каких удочек?
- Вы же рыбачить приехали? Что ещё у нас делать?
- Нет. Мы приехали фольклор собирать: сказки, легенды.
