Эван была в шоке, но рада, что у нее уже истощились все зацепки, которые ей удалось раскопать в связи с несчастным случаем Джулии. Не так уж много чего еще она могла здесь сделать — то, что ей сейчас было нужно, так это вернуться в Вашингтон и посовещаться с Беном. Затем ей придется поговорить с Дэном и Энди.
Она посмотрела на Джулию и напустила на себя задумчивый вид.
— Ну… даже не знаю. Могу я сообщить тебе позже?
Джулия сузила глаза.
— Неужели? Также как и то, чем ты занималась весь день?
Эван продолжала разгружать сумку.
— О, да все как обычно. Кружила по барам, подцепляла женщин…
— Заново знакомилась со старыми друзьями?
Эван с энтузиазмом кивнула.
— И завела несколько новых.
Джулия вздохнула.
— Так много женщин, так мало времени, — она пожала плечами. — Думаю, мне просто придется куда-то отправиться самостоятельно, — она повернулась и стала уходить, но Эван схватила ее руку и дернула ее назад.
— Ну, уж нет.
Джулия подняла бровь.
— Ну, уж нет?
— Точно. Если ты куда-то идешь, то идешь со мной. Я прилипну к тебе как банный лист.
Джулия кинула взгляд на продукты, которые грудой лежали на столешнице.
— Это звучит замечательно, как и все, что ты запланировала на ужин.
Эван посмотрела на цветное ассорти из свежих овощей, специй и риса басмати.
— Так что… — она подняла голову и встретилась с синими глазами Джулии. Черт. Большая ошибка. — Знаешь, как я к тебе прилипну?
Джулия придвинулась ближе.
— Именно это я и хотела узнать.
Несколько минут они наслаждались невербальным общением. В конце концов, Джулия отодвинулась, и ее губы очутились у уха Эван.
— Я была не права, — прошептала она. Ее голос был хриплым.
— В чем? — Эван тоже задыхалась. Запах лаванды сводил ее с ума. Быть так близко к Джулии сводило ее с ума. Вся эта гребаная ситуация сводила ее с ума. Ей нужно было присесть.
— Я не так уж и голодна.
Боже. Эван едва держалась на ногах. Она запустила руки под свитер Джулии и коснулась ее теплой кожи.
— Есть идеи?
Господи. Ей, на самом деле, нужно сесть, пока она не рухнула.
Джулия схватила ее за руку, затем потянула к коридору, ведущему в спальню.
Эван без слов последовала за ней. Ей пришло в голову, что лежать тоже будет хорошо.
Веруламиум, расположенный на берегу реки Вер, начиная с 50 года нашей эры, находился под юрисдикцией Римской Империи, и был Родиной знаменитой Уотлинг Стрит, дороги, что когда-то связывала античные города Лондон и Дувр, бывшего римского муниципалитета, расположенного к югу от собора города Сен Олбанс в Хартфордшире. Сюда было нетрудно добраться на поезде из Лондона, и Джулия предположила, что это могло бы стать прекрасным местом вдали от города, чтобы провести их последние два дня в Англии.
Эван не возражала по поводу этой идеи. Она переживала, насколько уязвимой сейчас была Джулия в Лондоне, и ломала голову, пытаясь понять, как защитить ее от возможных «несчастных случаев».
Они заселились в комнату в 500-летнем поместье Сент Майклс на Фишпул Стрит, в самом центре Сэнт Олбанса. Отель располагался в двух шагах от собора и аббатства и недалеко от древнеримских руин Веруламиума.
Эван уже однажды посещала Сэн Олбанс во время своей учебы в Университете Лондона, и как ей помнилось, он ей понравился. После того, как они зарегистрировались и распаковались, во время совместной с Джулией короткой прогулки к церкви, она вспомнила, почему.
В отличие от тех многих грандиозных, исторических церквей в Англии, церковь Сэн Олбанс оставалась активным центром поклонения, и удовлетворяла потребности небольшого, провинциального города. Эван была в восторге от обыденной безмятежности этого места, которое было построено во времена норманнов, но по- прежнему было наполнено энергией нескольких поколений людей, которые сидели, обдумывали свои поступки и молились, сидя на рядах простых деревянных стульев, которые выстроились вдоль церковного нефа.
Их экскурсия по собору проходила под аккомпанемент большого органа, на котором кто-то репетировал. Если исполнение на что-либо и указывало, так это на то, что невидимому музыканту требовалось репетировать и дальше.
Они остановились у северного трансепта, чтобы полюбоваться красочной картонной композицией с изображением Нагорной проповеди, автором которой был «Класс воскресной школы миссис Фаулер». Там также находилась молитвенная доска с прикрепленными к ней просьбами, и Эван, поддавшись импульсу, взяла из банки огрызок карандаша и клочок бумаги, чтобы добавить к имеющимся просьбам свою собственную. Когда она подняла глаза и заметила, что Джулия внимательно за ней наблюдает, то почувствовала смущение. Она пожала плечами, чтобы скрыть свой дискомфорт.
Джулия улыбнулась ей.
— Думаю, твоя мать знала, что делает, когда решила назвать тебя Эванджелин.
Эван закатила глаза.
Джулия коснулась ее руки. — Не делай этого.
— Не делать что?
— Не притворяйся, что вера для тебя ничего не значит.
Эван сдержала чуть было не сорвавшуюся с губ рефлекторную реакцию на это высказывание. На самом деле, она хотела послать Джулию куда подальше. Но не смогла это сделать здесь, посреди собора десятого века.
