— Образец первый. Взят на рампе. — Заглянув внутрь, она увидела цельную прокладку, — значит, она из снабжения. Вторая прокладка разрушилась наполовину, а в одном месте даже была проедена насквозь. Перевернув контейнер и потряся его, она переместила прокладки на прозрачную крышку. — Не может такого быть. Посвети-ка сюда.
Нельсон развернул в ее сторону лампу на шарнире. Джульетта направила свет вверх, склонилась над столом и неуклюже изогнулась, чтобы посмотреть мимо разрушенной прокладки на блестящую изоленту.
— Я бы оценила разрушение прокладки… в пятьдесят процентов. Диаметр отверстий в изоленте пять… нет, шесть миллиметров. Мне надо, чтобы ты посмотрел сам.
Нельсон записал ее данные, потом взял образец и развернул лампу на свою половину стола.
Она не ожидала огромной разницы между двумя образцами, но если один из них был в худшем состоянии, то это должен быть образец с холма, а не с рампы. Только не там, где они выкачивали наружу хороший воздух.
— Возможно, я доставала их в неправильном порядке, — сказала она.
Джульетта взяла следующий образец, контрольный. Она вела себя снаружи очень осторожно, но помнила, что мысли у нее путались. В какой-то момент она могла сбиться со счета и слишком долго продержала открытым один из контейнеров. Вот и причина.
— Подтверждаю, — сказал Нельсон. — У этого разрушение намного сильнее. Ты уверена, что это образец с рампы?
— Кажется, я облажалась. И один из них был открытым слишком долго. Проклятье! Наверное, эти образцы придется исключить и как минимум ничего с ними не сравнивать.
— Поэтому мы и взяли несколько образцов, — сказал Нельсон. Он кашлянул, и щиток его шлема ненадолго запотел. — Не вини себя.
Он знал ее достаточно хорошо. Джульетта взяла контрольный образец, негромко ругнувшись в свой адрес. Интересно, о чем думает в коридоре Лукас, слушая по рации их разговоры?
— Последний, — сказала она, встряхивая контейнер.
Нельсон ждал, приготовившись записывать.
— Валяй.
— Ничего не… — Она направила свет в контейнер и встряхнула его. По щеке скатилась капелька пота и упала с подбородка. — Я думала, что это контрольный.
Она положила образец и схватила следующий контейнер, но в нем была почва. Сердце колотилось, голова шла кругом. Бессмыслица какая-то. Если только она не доставала контейнеры в неправильном порядке. Неужели она все запорола?
— Да, это контрольный образец, — подтвердил Нельсон и постучал трубкой с мелом по только что проверенному контейнеру. — Вот его маркировка.
— Погоди, дай подумать.
Джульетта несколько раз глубоко вдохнула. Снова заглянула в контейнер с контрольным образцом, запечатанным еще в шлюзе. В него должен был попасть только аргон. Она протянула контейнер Нельсону.
— Да, ерунда какая-то, — сказал тот и встряхнул контейнер. — Что-то здесь не так.
Джульетта едва расслышала его слова. В голове беспорядочно роились мысли. Нельсон разглядывал контрольный образец.
— Я думаю… Может, отошла герметизирующая прокладка, когда ты открывала крышку? Но это ерунда. Такое случается. Или же…
— Невозможно.
Она была очень осторожна. И помнила, что все прокладки были на месте. Нельсон кашлянул и поставил контрольный образец на стол. Повернул лампу, чтобы она светила на контейнер. Они склонились над ним. Никакие прокладки от крышки не отходили, в этом Джульетта не сомневалась. Но тогда она совершила ошибку. Любой может ошибиться…
— Внутри только одна прокладка, — сказал Нельсон. — Я, правда, думаю, что она могла отвалиться…
— Изолента, — перебила его Джульетта и поправила лампу. На дне контейнера что-то блеснуло в том месте, где был приклеен кусочек изоленты. Второй кусочек исчез. — По-твоему, приклеенный кусок изоленты тоже отвалился?
— В таком случае нарушена нумерация контейнеров. Она идет в обратном порядке. Все становится логичным, если считать нумерацию от конца к началу. Потому что образец с холма пострадал меньше, чем образец с рампы. Вот и все.
Джульетта подумала об этом, но то была попытка состыковать то, что она знала, с тем, что она видит. Весь смысл выхода наружу состоял в том, чтобы подтвердить подозрения. Так что означает то, что видит она нечто совершенно отличающееся?
А потом ее ударило, будто гаечным ключом по голове. Это было как огромное предательство. Предательство машины, всегда работавшей хорошо, вроде старого доброго насоса, неожиданно и безо всякой причины начавшего качать воду в обратном направлении. Ударило — подобно любимому человеку, отвернувшемуся, когда она падала. Наподобие страховочного каната, который не просто вдруг убрали, а которого никогда не существовало в действительности.
— Лук, — произнесла она, надеясь, что он слушает и рация у него включена.
Она подождала. Нельсон кашлянул.
— Я здесь, — ответил Лукас. Голос его прозвучал тонко и отдаленно. — Я все слышал.
— Аргон, — сказала Джульетта, глядя на лицо Нельсона через два прозрачных щитка. — Что мы о нем знаем?
Нельсон моргнул, стряхивая пот с ресниц.
— Что именно знаем? — уточнил Лукас. — Там где-то есть периодическая таблица элементов. Кажется, в одном из шкафов.
