Двери разошлись, и она шагнула в воспоминания об утраченных местах и временах, в воспоминания о нормальном мире, где лифты доставляли людей на работу и с работы. Сжимая пропуск, который ей дал Донни, она испытала еще один приступ сомнений. Двери начали закрываться. Шарлотта выставила ногу, створки наткнулись на нее и разъехались снова. Шарлотта выждала, не прозвучит ли сигнал тревоги, когда двери начнут закрываться во второй раз. Может, лучше выйти из чертовой кабины и выждать? Отпустить этот лифт и через час или два вызвать другой. Створки нерешительно коснулись ее ботинка и разошлись снова. Шарлотта решила, что и так слишком тянула время.
Она прижала пропуск к валидатору — на нем загорелся зеленый глазок — и нажала кнопку тридцать четвертого этажа. Администрация и связь. Логово льва. Дверцы лифта благодарно вздохнули, наконец-то соприкоснувшись. Замелькали номера этажей. Шарлотта провела ладонью по затылку, нащупала несколько выбившихся прядей и затолкала их под шапочку. На административном этаже она сильно рисковала — там она станет бросаться в глаза из-за красного комбинезона реакторщика, но еще глупее было бы заявиться на этаж, где ты якобы работаешь, не зная там ничего, в том числе и своих обязанностей. Она похлопала себя по карманам с инструментами, проверяя, не слишком ли они заметны. Инструменты были ее легендой и прикрытием. Большой накладной карман на бедре подозрительно оттопыривал пистолет, взятый на складе. Чем больше этажей отсчитывал счетчик, тем чаще билось сердце Шарлотты. Она попыталась вообразить наружный мир, описанный Дональдом, — сухую, безжизненную пустыню. Она представила, как лифт поднимается до самого верха и открывается с видом на голые холмы, а в кабине завывает ветер. Это могло бы стать для нее облегчением.
По пути наверх попутчиков у нее не было. Значит, она приняла правильное решение, сделав вылазку в такое время суток. Тридцать шестой, тридцать пятый, и лифт замедлил движение. Двери открылись в коридор, залитый резким и ярким светом. Шарлотта немедленно усомнилась в надежности своей маскировки. На нее уставился мужчина, сидящий за турникетом шагах в десяти от лифта. В этом мире не было ничего знакомого, ничего похожего на то место, где она провела последние несколько недель, ставшее ее домом. Шарлотта натянула на лоб козырек, зная, что цвет шапочки не соответствует цвету комбинезона. Важнее всего сейчас была уверенность, но ее Шарлотта не испытывала. «Будь нахальной. Самоуверенной». Она напомнила себе, что дни здесь слишком однообразны. Люди в укрытии видят то, что ожидают увидеть. Она подошла к охраннику и протянула пропуск.
— Вас ждут? — спросил охранник.
Он указал на сканер с ее стороны проходной. Шарлотта провела над ним пропуском, не зная, что может произойти, и готовая бежать, выхватывать пистолет, сдаваться или делать все это одновременно.
— У нас детектор… э-э-э… обнаружил утечку электричества на вашем этаже. — Даже для нее собственный псевдопростуженный голос прозвучал нелепо. Она-то лучше кого угодно знала, как звучит ее настоящий голос, — поэтому он и кажется ей смешным. А для кого-то звучит нормально. Она также понадеялась, что «утечка электричества» столь же бессмысленна для охранника, как и для нее. — Меня послали проверить комнату связи. Не подскажете, где она?
Вопрос для него. Пощекотать его мужское эго, попросив о помощи. Шарлотта ощутила, как по шее стекает пот, и встревожилась — не выбились ли из-под шапочки волосы. Она подавила желание это проверить. Если поднять руку, то комбинезон на груди натянется. Оценив габариты охранника, она представила, как тот хватает ее, швыряет на пол и начинает избивать ладонями размером с небольшую тарелку.
— Связь? Конечно. По коридору до конца, потом налево. Вторая дверь по правой стороне.
— Спасибо.
Она поблагодарила охранника, коснувшись пальцами козырька, что позволило опустить голову. Шарлотта прошла через турникет под щелчок невидимого механизма.
— Ничего не забыли?
Она обернулась. Рука опустилась к карману на бедре.
— Вам надо расписаться в журнале работ.
Охранник протянул ей потрепанный цифровой планшет с сильно поцарапанным экраном.
— Да, конечно.
Шарлотта взяла пластиковый стилус, висящий на проводе, когда-то оборвавшемся и заклеенным изолентой. Она изучила окошко ввода в центре крана. Там были строки для записи времени и имени. Она написала время и взглянула на грудь, уже забыв имя на табличке. Стэн. Ее зовут Стэн. Она размашисто подписалась, изобразив небрежную подпись, и вернула планшет и стилус.
— Увидимся, когда будете уходить, — сказал охранник.
Шарлотта кивнула, надеясь, что и уйти ей удастся столь же буднично и без происшествий.
