Боевое отделение оказалось пустым. В машине были только водитель и еще один солдат. Гил пролез через боевое отделение в котельную. Там было очень узко из-за того, что по бортам располагались ящики с углем. Даже худощавому Гилу приходилось боком проходить к котлу. Диана, Мияко и Дик заняли оборону в боевом отделении, а Стефан сел за руль. Все три отделения: кабина, боевое и котельная, были совмещены, и можно было легко перемещаться между ними.
Стефан снял машину с тормоза и, быстро развернувшись на дороге, поехал обратно, в западном направлении. Через несколько минут езды ему пришлось опустить бронелисты.
— Встречная машина! — пояснил он.
Гил сидел в боевом отделении, иногда подбрасывая уголь в топку. Мияко легла на пол, положив голову на колени сидящей Диане, и уснула. Дик сидел в башне, которая вращалась от ручного привода.
Машину трясло на дороге. Гил старался не уснуть, чтобы не потерять жар в топке. Бессонная ночь полная событий давала о себе знать. Диана тихо дремала, опершись о борт машины.
К закату, они добрались до порта Мурундава.
Фурукава был в ярости. Его план полетел в бездну. Еще днем он получил телеграмму по имперскому каналу. Личное послание от императрицы. И послание было гневным.
«Госпожа Мияко…», — растеряно подумал он, прочитав телеграмму.
— …Гарнизон Одинокой вишни был поднят по тревоге, как только сменный караул обнаружил тела убитых, — зачитывал доклад невысокий майор с пенсне на носу. — В воздушном порту завязался бой, но организовать преследование не удалось: все боевые дирижабли, находившиеся в замке, были уничтожены. Радовало только то, что зенитные батареи воздушной обороны Одинокой вишни смогли нанести серьезный урон противнику и угнанный дирижабль начал снижение. Где он упал, из города видно не было, но в том направлении сразу же отправились солдаты.
— Сколько? — спросил Фурукава.
— Три отряда по двадцать человек, господин генерал, — ответил майор, и после того как Фурукава кивнул, продолжил. — Пролетев восемнадцать миль, дирижабль рухнул возле одной из деревень. Местные жители, желая помочь экипажу, близко подошли к месту крушения, чем беглецы и воспользовались, украв у них телегу с лошадью. Через двадцать минут после этого, к месту падения прибыли наши отряды.
— Преследовали? — устало спросил генерал.
— Никак нет, господин генерал, — ответил майор. Этот ответ взбесил Фурукаву.
— Как «нет»?! — в ярости закричал генерал. — Мы потерли с полсотни солдат, три дирижабля, а вы их не преследуете?! Под трибунал!
— Господин генерал! — взволновано произнес майор кланяясь. — Преследовать не было возможности, так как показания свидетелей путались. Одни говорили, что они отправились на север, другие, что на юг, а третьи вообще про запад твердили. Мы решили не разделять наши силы и заняли позиции возле места крушения. В то время из Одинокой вишни телеграфировали в другие гарнизоны о беглецах. Они европейцы, к тому же раненые, далеко не уйдут.
— Майор, — тихо произнес Фурукава, расстегивая китель, — со мной связалась императрица Минори.
— Госпожа Минори? — удивлено переспросил майор. Почему генерал докладывает ему об этом. Кто он такой? Всего лишь подчиненный.
— Я не справился, майор, — произнес генерал, поднимаясь со своего кресла. Он стал снимать китель и рубашку.
— Наша императрица, госпожа Минори, — продолжил он, — дала мне приказ, в кротчайшие сроки разработать и воплотить в жизнь план, по захвату территорий Британии на юге Африки. Я работал над ним, работал долго, и вот мне улыбнулась удача. Эта баронесса и её товарищи. Зачем нам терять сотни жизней, если мы можем решить эту ситуацию без кровопролития? Ты бы хотел завтра повести солдат в бой на британцев, майор?
Майор промолчал, он не знал, что ответить генералу.
— Не хотел, конечно, — ответил за него генерал. — Понимаешь, майор, я подвел нашу госпожу.
— Генерал, что вы говорите?! — воскликнул майор. — Один приказ и мы начнем высадку на британском побережье!
— Нет, майор, — покачал головой Фурукава. — Теперь уже нет.
Он достал из ящика танто[22] и подошел к майору.
— Прошу тебя, будь моим кайсяку[23], — произнес генерал.
— Генерал… — недоумевая, произнес майор, после чего поклонился и добавил с гордостью. — Для меня это честь!
Он достал свой меч, а генерал подошел к окну и опустился на колени.
— Умереть на закате, что может быть прекрасней, не так ли, майор? — произнес Фурукава, вонзая танто себе в живот.
Майор молча опустил меч на шею генерала. С глухим ударом, голова упала на пол.
Солнце скрылось за горизонтом, и караульный у ворот порта Мурундавы уже откровенно зевал.
— Эй, Кайдзи! — окликнул его товарищ, стоящий с другой стороны закрытых ворот. — Не клюй носом! Вон, — он указал на приближающийся с пригорка автомобиль, — сейчас документы проверять. Твоя очередь!
— Да, да, — потягиваясь, ответил Кайдзи. Он смотрел на свет фар приближающегося автомобиля. За машиной мелькнули какие-то силуэты, но он списал это на усталость. С утра держат в боевой готовности из-за беглецов с замка.
Машина приближалась, свет фар ослеплял.
