– А тебе лучше не уползать далеко, – добавил Таринор. – Скоро сюда наверняка приедут.
Воин с окровавленным лицом рассыпался в благодарностях, а наёмник возвращался к пещере. Всё это время девушка, что приехала со всадниками, не проронила ни слова. И только теперь он заметил, что руки у неё были связаны.
– А зачем они притащили тебя с собой, Рия? – спросил Игнат, развязывая верёвки.
– Чтобы опознала вас, – со слезами в глазах ответила девушка. – У меня не было выбора. Они забрали дядю в замок! Сказали, что он продал яд, которым отравили лорда! Я хочу помочь ему. Кто здесь имеет власть над Рейнаром?
Таринор знал ответ на этот вопрос, но озвучил его через силу. Он знал, к чему всё идёт.
– Рейнары – старшие лорды, – вздохнул он, – а над старшими лордами властен только король.
– Тогда я хочу добиться аудиенции у короля! – воскликнула девушка.
– Легко сказать, – вздохнул Таринор. – Если бы в замок пускали каждого встречного… Да и Однорукий, говорят, повредился умом.
– Эльдштерны – не последняя фамилия в Ригене! Это настоящее преступление – удерживать моего дядю в темнице как паршивого изменника! Он никогда не нарушал закона! Послушай, ты ведь наёмник? Я могу заплатить. В Энгатарском банке работает наш старый друг семьи. А семья у нас небедная.
– Ага, один мне уже собирался заплатить. А потом отправил этих головорезов по мою голову.
– Но мы сможем решить обе наши проблемы. У тебя ведь есть договор? Покажешь его королю… Если доберёмся до Энгатара, получишь сотню маренов серебром.
– Сотню, говоришь? – наёмник задумчиво почесал заросший щетиной подбородок. – Как бы мне ни хотелось тебе возразить, но выбор у нас невелик. Вот только сначала придётся как-то покинуть долину. Обойдём Зуб дракона, дальше будет полегче. Собираемся живее!
Вершины горной гряды на востоке порозовели, предвещая рассвет. Таринор проверил стремена и принялся срывать с поводьев чёрно-золотые тряпки. Белого в яблоках коня Девина Карра трогать не стали. Наёмник знал, что рыцарский скакун слишком приучен к хозяину, и не позволит никому другому ехать верхом. К счастью, троих оставшихся лошадей хватит на пятерых.
Таринор обшаривал седельные сумки, как вдруг заметил, что Драм выглядит необычно задумчивым и угрюмым.
– Послушай, – сказал наёмник. – если хочешь пойти своей дорогой, я не стану тебя держать. Ты и так очень помог, не стоит и дальше рисковать шеей. Вижу ведь, ты не в восторге от всего этого дерьма.
Услышав эти слова, эльф встрепенулся, будто очнулся от сна.
– Нет, время для этого ещё не пришло, Таринор. К тому же я думаю не об этом, а о словах того человека. Он сказал, что эльфийка в замке кричала перед смертью.
– Да, «нед-ревир» или что-то вроде. Точнее было не разобрать, Игнат постарался на славу. Ну так что это значит?
– Это означает… – эльф сделал паузу. – Это означает самое омерзительное и преступное, что может сделать человек, эльф или гном. И прощения этому нет ни в этом мире, ни в любом другом.
Драм поднял бледно-голубые глаза, которые, казалось, было полны ненависти к каждому произносимому им слову.
– «Nedrevir» означает «братоубийца».
