Перевела взгляд на Витара. Его зрачок медленно вытягивался в тонкую нить, завораживая. Я тонула в этом сумасшедшем мужчине. Правитель. Сильный. Опасный. Властный. Мой. Стерлась грань между нашим происхождением, его титулом, его властью. Передо мной сейчас стоял обычный мужчина, что одаривал меня своими нежными поцелуями, тот, кто стоял передо мной на коленях, выводя круги на моей чувствительной плоти своим языком, желая дарить мне безграничное наслаждение. Внизу живота стал разгораться пожар, а между ног становилось влажно…
Я хотела, чтобы эта ужасная пропасть, которая была между нами сейчас, исчезла навсегда, стирая жесткие правила, унижения, обычаи, но мы оба знаем, что такому не быть никогда. Я должна буду делить его с другой, развлекая в постели ночами. Наблюдать, как будут расти их совместные дети. Не стану ему женой и не смогу завести своих детей, каждый свой день буду кромсать свое сердце на маленькие кусочки.
Жрец снова попросил повторить за ним, а я не могла выдавить из себя ни слова. Горькие слезы скатились по щекам. Хотела быстро смахнуть их рукой, но мягкие руки полюбившегося мне мужчины, усыпанные драгоценными камнями, опередили, нежно стирая их с моего лица.
Я растворилась в этом мужчине, хотя не должна была этого позволить себе, как и чувства к нему, что закрались в самое сердце. Но они и близко не были похожи на те, что я испытала в своем видении, когда заглянула в глаза зверю, где другая Я сгорала от сумасшедшего чувства к незнакомцу, мягко плавясь, сгорая в его руках. Было ли это видением или я просто сходила с ума?
На этой мысли Витар притянул меня к себе, и его прохладное дыхание коснулось моих губ, запечатывая все мои сомнения головокружительным поцелуем.
Люди и эрны, что следили за происходящим, восторженно всхлипывали, скрывая свое недоумение за своими фальшивыми масками.
В висках стало неприятно пульсировать, а в груди заканчивался воздух. Мягко пытаюсь оттолкнуть мэрна, но сил не хватает. Мое тело просто обмякло в его руках. Витар успевает среагировать, подхватывая на руки. Что-то говорит мне, но я его больше не понимаю, а его лицо начинает двоиться в глазах.
— Камаль… — последнее, что я успела произнести, проваливаясь снова в пугающую меня темноту.
Золотые блики слепили глаза. Узкие полосы света тянулись к песку, прорывались из отверстий огромных разрушенных каменных стен. Солнечные узоры застыли на темном покрывале из песка и белого камня кривыми силуэтами, мягко освещая величественные пыльные колонны, испещренные древними символами, навечно врезанными в этот массивный камень. Язык Древних. Поднялась. Шуршащая яркая ткань платья тяжело коснулась песка, расстилаясь оранжевым пятном. Пышные рукава грузно соскользнули к локтям, оголяя плечи. Золотые цепи оплетали запястья, свисая тонкими нитями. Посмотрела на руки, пальцы были полностью покрыты черной сажей, только золотое массивное кольцо матери выделялось ярким пятном на моей руке, как и кольцо брата. Провела по ним рукой. Что-то было не так. Это все не реально…
Я не чувствовала себя… только жгучий холод внутри и поглощающую пустоту, оплетающую меня в свою паутину. Она надвигалась на меня своей тенью. Шею лизнул холодный тяжелый металл. Потянулась к нему, коснувшись рукой. На моей шее был гладкий массивный обруч, с одной стороны которого торчали металлические ленты, словно змеиные гибкие хвосты. Жуткое ожерелье пугало и натирало тонкую кожу под ним.
Завывал ветер. Шелестел песок. Стрекотали песчаные жуки. Подняла голову наверх. Тусклый блеск золота прорывался сквозь зеленые лианы, что оплетали разрушенный металлический купол и каменные стены своими плетями, будто сетями. Коснулась рукой вековых стен, медленно идя вперед, не отрывая руку от стен. Пальцы перебирали шершавые камни, утопали в неглубоких трещинах стен, оставленных забытым временем. Мертвый потрескавшийся камень сменялся драгоценной мозаикой. Геометрические узоры переплетались в единую фигуру трэпта. Обшарпанный, слегка потускневший силуэт, едва различимый при попадании на него тусклого света. Вскользь провела кончиками пальцев по недостающим фрагментам, что приятно холодили пальцы. Частично осыпавшаяся мозаика была засыпана горками белого песка. Двинулась дальше. Передо мной открылся огромный тронный зал. В арочные окна падал тусклый свет. На высоком мраморном пьедестале возвышался золотой трон, даже толстый слой из пыли и песка не мог скрыть его блеск и роскошь. Оглянулась вокруг. Это место мне ничего не напоминало. Я не могла и предположить, где я сейчас нахожусь.
