Помню, как я впервые держала мальчика за руку. На тот момент это был мой самый яркий эротический опыт. С прыщавым Чарли Либерманом, сидевшим сзади меня на математике. Однажды он похлопал меня по плечу, и на коленях вдруг появилась записка.
Я отметила второй вариант, и мы стали «вместе». Тогда это, по сути, ничего не означало. Но через несколько месяцев мы пошли на первое настоящее свидание. Под
Мы с Чарли сидели рядом, атмосфера накалилась до предела. Мы оба тактически расположили руки на подлокотниках всего в нескольких сантиметрах друг от друга, едва не соприкасаясь мизинцами. Минут десять медленно, как улиточки, наши руки ползли друг к другу и лишь потом встретились. И только где-то, наверное, через полчаса мы, если можно так сказать, взялись за руки. Мне тогда было всего тринадцать, но это был самый впечатляющий физический контакт в моей небольшой жизни.
Мы сидели, молча держались за руки, пялясь на экран, не смея взглянуть друг на друга. Я даже не скажу, что за фильм мы смотрели, потому что не замечала ничего, кроме руки Чарли. Почувствовала я это в первый и последний раз, потому что вскоре он ушел от меня к Мелани Эндрю (сука!).
В тот день, держа Чарли за руку в кинотеатре, я ощущала нечто
Ну то есть,
Пальцы Дэмиана сплелись с моими, и он крайне медленно провел большим пальцем по внутренней стороне моей чувствительной ладони. У меня участилось дыхание. Я расслабила руку, и мы с Дэмианом легонько соприкоснулись подушечками пальцев. Потом мы одновременно пошевелили пальцами, и они сплелись.
Мы наконец оказались у дивана, и я села. Наши пальцы расцепились, и я вдруг ощутила смутный укол вины. Словно я изменила Майклу. Мне бы вообще не стоило об этом думать, но я думала. Пальцы все еще покалывало, мне хотелось бы увидеть лицо Дэмиана. Но в то же время я радовалась, что благодаря темноте не видно ни моего румянца, ни улыбки. Улыбался ли он тоже? Под покровом тьмы все чувства сильно обострялись. Наконец он нарушил оглушающую тишину. Голос его прозвучал тихо, низко и сипло. Как-то не как обычно.
– Лили?
– Да, Дэмиан? – прошептала я.
Но снова тишина.
Ожидание просто убивало меня. Что он хотел сказать?
– Да, Дэмиан? – на этот раз я говорила еще тише.
Тишина пульсировала в ушах.
Но он молчал.
Ждать пришлось целую вечность. А потом он заговорил:
– Как нога?
– А? Что?
– Ты же вроде ногой ударилась. – я сначала даже не поняла, о чем он. Дошло не сразу.
– Нормально, – отрезала я, вскипев от злости.
Я была в ярости. Даже в бешенстве. Я злилась на себя, потому что дала мыслям волю, которую давать не следовало. Повела себя, как дура… Чего я ждала от него? Признания, что я ему нравлюсь? Мы друг друга не знаем, а у меня был жених. В смысле был, да сплыл…
У меня, похоже, началось какое-то посттравматическое расстройство. Я, очевидно, все еще пребывала в шоке и вела себя по-идиотски.
Послышался какой-то гул, включился свет. Я начала хлопать глазами, отвыкшими от горящих светильников. Дэмиан сидел напротив, смотрел в мою сторону, и я быстро отвела взгляд, злясь на себя за собственные чувства.
– Что-то не так? Ты разозлилась?
Блин, эта его наблюдательность просто бесила! Для меня такое оказалось в новинку: у Майкла наблюдательности было как у фонарного столба. Ему всегда приходилось все разъяснять на пальцах.
– Ничего, – выпалила я не то, что думала. – Все не так, ясно? Все пошло совершенно не так. Как вообще так получилось?
Я замолкла, продолжая злиться и ощущать себя жертвой мироздания.
Краем глаза я видела, что Дэмиан с любопытством смотрит на меня.
– Лили, позволь мне кое-что заметить…
Я занервничала, но согласилась.
– Ты не такая уж беспомощная, как думаешь.
– Что? – снова рявкнула я. Я не понимала, к чему он клонит, но интуиция подсказывала, что мне вряд ли это понравится.
– Я о том, что ты сильнее, чем кажешься. Ты решилась поехать сюда одна в медовый месяц, это довольно смело, не думаю, что многие женщины на такое отважились бы. Может, все случившееся к лучшему…
Я перебила:
– Да как, блин, такое может быть к лучшему?
– Может, все «плохое», – Дэмиан нарисовал в воздухе кавычки – я просто ненавидела этот жест, – что с тобой происходит на самом деле, как бы это сказать, хорошее. Может, эти события меняют курс твоей жизни в лучшую сторону? Может, тебе и не следовало замуж выходить?
