В моем представлении стрип-шоу – это убогое зрелище, где танцор крутит бедрами в разные стороны, наглаживает себя и выдает всякие пошлые телодвижения. Но оказалось все не так. Когда Дэмиан начал двигаться, стало ясно, что он разогревает публику. Сначала он сделал колесо, зрители смеялись, свистели и вскрикивали. А потом он очень театральным жестом сорвал пиджак и повертел им над головой, а публика закричала еще громче. Меня подтолкнули локтем под ребра.
– Боже, какой сладенький!
Следующим был снят галстук, для этого Дэмиану потребовалась помощь очень услужливого мужчины из зала. Затем Дэмиан начал делать вид, что у него в руках не галстук, а хлыст, и несколько раз игриво взмахнул им в воздухе; разумеется, публике становилось веселее и веселее. Все представление оказалось просто смешным; он танцевал на сцене, как клоун, в какой-то момент даже изобразил нечто, отдаленно напоминающее макарену. Меня уже отпустила первоначальная тревога, я начала расслабляться, успокаиваться, как вдруг, совершенно без предупреждения, Дэмиан резко включил тяжелую артиллерию…
И
Его лицо посерьезнело.
Темные глаза почернели, словно от злого умысла.
А потом он очень-очень медленно начал расстегивать пуговицы на рубашке, одну за одной. На этот раз он смотрел прямо в зал; в его глазах сверкал вызов, брошенный плохим мальчиком. Я снова закрыла лицо руками – я теперь могла думать лишь о том, что вот-вот увижу его пенис. Но Марк меня не оставлял в покое.
– Смотри на сцену, сейчас будет интересно!
Движения Дэмиана стали более медленными и плавными, это выглядело очень соблазнительно. Он потянул за рукав, и показалось на удивление мускулистое плечо. Потом оголилась вторая рука, потом рубашка упала на пол, и…
Все восхищенно ахнули.
Какое-то время все молчали; думаю, от изумления и восторга.
Он оказался стройным, с точеной мускулатурой и безупречно красивыми линиями тела. Кто же знал, что под его грязными шутливыми футболками скрывается идеальная мужская фигура? Больше всего меня впечатлили линии торса, нижнюю часть которого скрывали брюки. В свете прожекторов кожа Дэмиана слегка поблескивала от пота.
Сердце стучало все быстрее, дыхание перехватило. Я впервые в жизни чувствовала себя настолько кошмарной извращенкой. Я потянулась за шампанским и сделала глоток в отчаянной попытке утолить жажду и немного отвлечься. У меня от одного вида Дэмиана даже голова закружилась. Сначала чуть-чуть, а потом сильнее, когда я вспомнила, как мы держались за руки и
Толпа уже неистовствовала, накал страстей достиг максимальной точки. А Дэмиан снова стал игривым, опустил руку на пуговицу брюк и поддразнивал зрителей, пока все не принялись скандировать в унисон: «Давай! Снимай!»
Снова локоть в бок – и снова шепот мне на ухо: «Видно, какой он развратник в постели! Ох, он бы тебя отшлепал, если бы мог!»
От одной мысли о Дэмиане в постели я заерзала на стуле. Когда он расстегнул пуговицу и потянул за молнию, я громко сглотнула. Он еще немного подразнил зрителей, а потом сбросил штаны, под которыми оказались довольно нелепые трусы-боксеры.
Снова поднялась волна хохота, и мужчины, точно сговорившись, полезли за кошельками и принялись швырять в Дэмиана пачками денег. Если какое стрип-шоу и можно описать словами «весело», «мило», «сексуально» и «глупо» – то это было оно. Песня заканчивалась, я подумала, что вместе с ней закончен и номер, но лично для меня это было только начало.
В зале зажегся свет, и я увидела, что Дэмиан смотрит прямо на меня. Я покраснела, как пожарная машина, вид у меня в целом был такой же оробевший, как у нашкодившего ребенка. Я отвела глаза и прикрыла их дрожащими ресницами. Они, блин, трепетали, они вообще какой-то своей жизнью жили. Управлять ими я не могла.
Дэмиан улыбнулся мне, стоя в одних трусах на сцене.
А потом еще и пошел в мою сторону…
Поздно. Дэмиан соскочил с подиума и подошел прямо к моему столику. Толпа обезумела, Марк прыгал, как ополоумевшая школьница на концерте любимой группы. Нет, я не дам себя вытащить на сцену: лучше умереть!
Бог ты мой, только не это! Я упиралась каблуками! Я держалась за стул, я просила и умоляла, но Дэмиан оказался слишком сильным. Он потащил меня сквозь толпу аплодирующих мужиков на сцену.
– Не надо, пожалуйста! – умоляла я, но, увы, Дэмиан игнорировал меня. Вообще.
Он раскрутил меня, словно мы собирались танцевать танго, а потом прогнул в спине, поддерживая за талию, пока у меня весь мир вверх дном не перевернулся. Песня к этому времени уже закончилась, и я увидела, как перевернутый Марк стоя закричал:
– Целуй ее! Целуй!
