– Лили, добро пожаловать на «Пылающую луну»! – сказал Дэмиен, повернувшись ко мне. – Это будет лучшая ночь в твоей жизни, клянусь тебе!
Помните, сто миллионов лет назад, когда Том Хэнкс получил Оскара за роль в «Форрест Гампе», все, кому не лень, каждая собака приговаривала, что «жизнь – как коробка конфет, неизвестно, что тебе достанется».
Это же просто смешно! Конечно, известно – на коробке, блин, все написано! Переверни ее, и там, внизу, в миниатюре изображены все конфеты и написан их состав. Я уж не знаю, где Форрест конфеты покупал, но это реально не такая уж проблема.
Но теперь до меня наконец дошло. Конфета, которую я сейчас разворачивала и собиралась откусить, на коробке не значилась. Ни на какой коробке вообще. Это был совершенно новый вкус, которого даже, по сути, еще не изобрели, он появится только позднее, когда рецепторы будут на кончиках пальцев.
Я бы никогда – ни за что на свете – не угадала бы, что мне «достанется» вот это.
Подготовка к вечеринке шла полным ходом. Собиралось все больше народу, музыка играла все громче. Вода просто бурлила – там плескались, плавали, ныряли, брызгались, прыгали. Подкрадывалась тьма, в деревьях засверкали гирлянды, рассыпав бисер радуги по белому песку и скалам. Крошечные цветные точечки отражались от воды, и казалось, что все вокруг усыпано разноцветными драже.
А нам с Дэмиеном так и не удалось остаться наедине, потому что, похоже, его все знали. И он весь вечер подходил то к одному, то к другому. «Привет… как дела?… супер… классно… давно не виделись… рад встрече… это Лили…» и т. д. Несколько человек узнали меня благодаря моей новообретенной популярности в инете, и все говорили, что ничего прикольнее не видели. Я вдруг стала «крутышкой», знаменитой. Какой-то парень даже попросил автограф ему на груди оставить. Эти люди казались мне такими открытыми и дружелюбными; а я представила, что сказал бы Майкл, увидь он эту фотку. Точно что-нибудь весьма нелестное, плюс устыдился бы, что имеет со мной какие-то отношения.
Так мы бродили часами, я, к своей радости, встретила знакомых из стрип-клуба, Марка и Франсуазу. Мы так разговорились о своем, девичьем, что, когда я снова оглянулась, Дэмиен куда-то исчез. Его вообще не было видно. Нигде. Я бесцельно побродила одна, выпила два фиолетовых коктейля в высоких стаканах, а потом пошла в туалет. Который оказался весьма в стиле джунглей – временная конструкция с тростниковыми стенами, установленная вокруг огромной пальмы. Мне вообще было любопытно, как все это сюда попало. Я видела два варианта: либо организатор очень богатый, и все притащили на вертолетах, либо вечеринка настолько мистическая и таинственная, что все это телепортировали сюда через портал из других измерений. В любом случае масштаб просто впечатлял и бесконечно восторгал: всеобщая энергия и веселье неминуемо затягивали любого, кто появлялся на берегу.
Здесь действительно ощущалась некая принадлежность к чему-то. К чему-то уникальному. К секретному подводному миру, полностью отделенному от всего остального. Люди тут были счастливы. Свободны. Они сами придумали себе правила и маршировали под собственные барабаны. В буквальном смысле – на пляже, расположившись кругом, играли барабанщики. Почему хиппи их так обожают?
Я смотрела на людей и поражалась тому, какие они все разные: и поэты-художники, и ребята с сережками из ракушек, и хипстерские версии Барби и Кена, несколько растафари, несколько реально милых азиатских школьниц с розовыми волосами, несколько эмо до кучи, и, что самое странное, несколько человек, похожих на обычных взрослых людей.
Я заметила собственное отражение в зеркале туалета и уставилась на него как на человека, совершенно не похожего на Лили, которую знала. Во-первых, ни грамма косметики, что для меня непривычно. Солнце высветило на моем носу конопушки, на голове образовался беспорядок, волосы завились от влажного воздуха. Выходя, я провела руками по непослушным прядям, пытаясь хоть немного их укротить, но меня остановили.
– Не надо. И так красиво.
Это был Дэмиен. Он стоял, небрежно опираясь о пальму, и ждал меня. Он когда-то успел переодеться, и я впервые увидела его не в фирменном черном. Шорты до колен остались черными, но к ним он надел смешную рубашку в гавайском стиле с розовыми гибискусами и тропическими попугаями. Он выглядел одновременно смешно, до безобразия сексуально и в до же время очаровательно.
– Нравится тебе моя рубашка? – спросил Дэмиен, слегка поворачиваясь.
– Ужасно.
– Я одолжил ее у настоящего серфингиста, он показал мне шрам от акулы на ноге.
– Ого, жесть. – я шагнула к нему.
– Я решил, что раз уж нам обжиматься, надо хотя бы чистую рубашку надеть.
– Обжиматься? – я рассмеялась. – Мне кажется, я этого слова лет с двенадцати не слышала! – Я ни с кем никогда столько не смеялась, как с Дэмиеном.
– А… как ты меня нашел? – поинтересовалась я.
Дэмиен подмигнул.
– Я наблюдал за тобой издалека, Лили.
По моему телу снова побежали мурашки.
– Правда?
