— Потому что просто так слова на случай возможной смерти не записываются, мистер Градский. Так ваша команда поймет, что у вас заранее были опасения за свою жизнь. При этом вы находились в распоряжении сил Федерации. Надо ли продолжать?
— Я вас понял. Проклятье… Знаете… не завидую я вашей работе.
— Но кто-то должен ее делать, — бесстрастно ответил шагающий за мной дознаватель Такаши.
И снова я проснулся в больничной палате.
Лишь бы это не стало грустной болезненной традицией.
А боль была — она меня и разбудила. Голова трещала так, будто меня сначала напоили вусмерть, затем хорошенько сыграли моей головой в футбол, после чего воткнули по раскаленной спице в каждый висок и не забыли ткнуть пальцами в глаза. Боль была такой сильной, что заставила меня усесться и схватиться руками за голову еще до того, как я, собственно, понял, где нахожусь.
— Рекомендованное обезболивающее, — ровный мужской голос прозвучал с высокого потолка.
Оттуда же спустился тонкий манипулятор, сделавший мне укол в шею, предварительно обдав ее облачком дезинфекта. Я никак не отреагировал на эту наглость — все мои силы уходили на то, чтобы не заорать от рвущей голову боли. Руки дрожали от перенапряжения — боль заставляла их стискивать череп с предельной силой, но рассудком я понимал, что дело это глупое, и одновременно пытался разжать их хватку, отчего каждая мышца была напряжена до предела.
— Десять секунд до эффекта, — произнес тот же голос и сменился едва слышной музыкой.
Голос ошибся — в лучшую сторону. Скачками боль начала стихать уже через несколько секунд, а через десять исчезла практически полностью. Перед глазами перестали вспыхивать и гаснуть звезды, исчезло чувство тошноты, я наконец-то сделал полный вдох и сумел выпрямиться.
Обалдеть…
Боли подобной силы я не испытывал никогда в жизни. Даже недавние ранения не шли ни в какое сравнение с тем, что я ощущал еще пару секунд назад. Сделав еще один вдох, я судорожно проглотил подступивший уже к гортани кислый желудочный сок, с шумом выдохнул и, поймав краем глаза стакан на возвышении рядом с кроватью, торопливо потянулся к нему. Внутри оказалась обычная вода, и я с жадностью сделал несколько глотков. Сделал небольшую передышку и допил воду.
С потолка опустился тот же манипулятор, поставив рядом со стаканом банальную штампованную пластиковую тубу для лекарств. Никакого названия, единственная надпись настораживает: «Прием при необходимости, запить большим количеством воды». Внутри крупные серые таблетки.
— Ваше лекарство, — бесстрастно оповестил голос с потолка.
Похоже, те, кто определил меня в эту палату, не стали оплачивать ободряющие интонации роботизированному медбрату. Ну и ладно. Уже сообразив, что и как, я откинул простыню, спустил ноги с кровати и встал. Хватило пары секунд, чтобы успокоиться — тело слушалось как всегда. Никакой тошноты, качания, головокружения или слабости. Мои вещи отыскались на спинке обычного стула, рюкзак лежал на сиденье. Первым делом я нашел и защелкнул на предплечье браском, тут же включив его. Едва операционка загрузилась, в эфир ворвался взволнованный голос Лео:
— Тим!
— Все в порядке, Лео, — отозвался я, ввинчивая в ухо наушник. — Вы там как?
— Мы в полном порядке. Мне сообщили, что беседа завершена и ты отдыхаешь.
— Так и есть, — подтвердил я, не став уточнять, что мой «отдых» проходил в больничной палате и закончился дикой головной болью.
— Я очень волновался! Тим! Уже второй раз ты надолго пропадаешь со связи!
— Не по своему желанию, — напомнил я верному другу и поспешил сменить тему, в то же время натягивая комбинезон. — Вафамыч и Костя еще на борту?
— Нет. Находятся в увольнительной уже три часа. Я с ними на постоянной связи.
— То есть нормальный доступ к инфосети есть?
— Полный платный доступ, — подтвердил ИскИн.
— Понял. Какие-нибудь новости по федералам?
— Крейсер «Высшая Справедливость» отбыл шесть часов назад. Крейсер «Возмездие» продолжает оставаться на месте.
— А ты сам где?
— В сорока семи километрах от астероида на новой парковочной орбите — потребовали переместиться вскоре после отбытия крейсера «Высшая Справедливость». Все в порядке, Тим. Все волнения только о тебе.
— Я тоже в порядке, — уверенно ответил я, вскидывая рюкзак на плечо. — Активирую камеру на воротнике.
— Снаряжение?
Направляясь к двери, я поморщился:
— Пока без него. Я тут не по работе.
— Принято. Кстати — я ожидаю пакет данных с крейсера «Возмездие». Им перешла обязанность выдать нам подтверждение ликвидации тобой смертников на борту «Гранд Че». Без подсчета и подтверждения нам не получить выплат.
— Хорошо, — вздохнул я, ощущая легкое удовлетворение. — Созвонимся чуть позже, Лео.
— Какие планы, партнер?
— Планы просты: добыть кофе и немного прийти в себя. А затем я готов обрушить на себя твои информационные потоки.
Дверь палаты открылась автоматически, с легким шипением уйдя в сторону.
— У нас много дел, Тим, — напомнил Лео.
— Кто бы сомневался, — проворчал я, делая шаг через порог.
