Джулиан Хэмптон знал и любил Пенелопу с самого детства, но теперь, годы спустя, когда маленькая девочка превратилась в ослепительную красавицу, бежавшую в его дом от жестокого мужа и умоляющую о защите, нежность и покровительство Хэмптона превращаются в жгучую, властную страсть, лишающую его покоя.Однако Джулиан вынужден скрывать свою любовь, ведь малейшие компрометирующие обстоятельства погубят и его, и женщину, ради которой он готов пожертвовать всем, даже жизнью...
Для закоренелого холостяка нет ничего опаснее, чем замужняя женщина, которая счастлива в браке.
Для такой женщины мужчина с положением в обществе да еще с достатком и без жены точно грубо торчащий камень из гладкой стены. Ей почему-то кажется, что этот камень нужно пригладить и отполировать, чтобы он ничем не выделялся, тогда он станет таким же счастливым, как и ее ненаглядный муженек.
Должно быть, именно поэтому на званом обеде виконтессы Леклер Джулиан Хэмптон оказался за столом в обществе некоей миссис Моррисон – не в меру разговорчивой вдовы. В сторону самой виконтессы Джулиан старался специально не смотреть, однако, что называется, кожей чувствовал: она сейчас пристально наблюдает за каждым его словом и движением.
– Должно быть, у вас очень интересная работа, мистер Хэмптон! – возбужденно воскликнула вдова-болтушка.
Ее предыдущая тема – изобилующий подробностями рассказ о том, как она провела лето в Брайтоне, – очевидно, истощилась.
– Честно говоря, мэм, работа адвоката весьма рутинна. На самом же деле Джулиан вовсе не считал свою работу скучной. Но объяснять миссис Моррисон, чем, собственно, его работа интересна, он не собирался. Такие, как она, этого все равно не поймут.
Миссис Моррисон рассмеялась, повернув к Джулиану раскрасневшееся лицо. В глазах ее горели задорные огоньки.
– Ни за что бы ни поверила, мистер Хэмптон, что вы способны заниматься чем бы то ни было скучным!
– Боюсь, у вас сложилось слишком хорошее мнение обо мне, мэм. Уверяю, перед вами человек, ровным счетом ничем не примечательный. Я сам себе бываю порой так скучен, что меня клонит в сон.
– Зато меня от вас в сон не клонит! Миссис Моррисон улыбнулась ему многозначительной улыбкой.
Сам же Джулиан, слушая болтовню миссис Моррисон, лишь с трудом удерживал зевоту. Интересно, почему виконтесса на этот раз решила «подсунуть» ему эту занудную, хотя, впрочем, весьма недурную собой, особу? Может быть, после того, как Джулиан несколько раз оставался равнодушен к навязанным ему виконтессой дамам с более развитым, чем у этой клуши, интеллектом? Вероятно, его непрошеная благодетельница решила, что ему и не нужно, чтобы его избранница была интересной собеседницей. Во всяком случае, как показалось Джулиану, хозяйка вечера не особо благоволила к этой Моррисон, пригласив ее исключительно ради него. Чтобы не обидеть виконтессу, Джулиан, словно исполняя некий долг, окинул вдовушку пристально оценивающим взглядом. Что ж, недурна, ничего не скажешь, можно даже назвать красавицей. Оказавшись с ней в постели, Джулиан скорее всего не был бы разочарован. Весьма откровенное декольте, соблазнительная грудь. Миссис Моррисон держалась уверенно, будто знала себе цену как женщине, желанной для мужчин. Если бы Джулиан искал в семейной жизни только уюта и комфорта, эта пташка была бы, пожалуй, весьма неплохой партией...
Но Джулиан Хэмптон отнюдь не принадлежал к тем мужчинам, кого прельщает мещанский уют.
Чтобы перевести разговор на другую тему, Джулиан поинтересовался ее маленьким сыном. Как и следовало ожидать, миссис Моррисон принялась взахлеб рассказывать о том, какой у нее не по годам умный и способный мальчик. Но Джулиан лишь делал вид, что внимательно слушает рассказы дамы о ее «гениальном ребенке», сам же мысленно сочинял письмо виконтессе Леклер.
Вдруг раздался чей-то насмешливый голос:
– Я полагаю, мистер Хэмптон уже успел поверить вам, миссис Моррисон, что ваш сын просто гениален! Хотя в столь юном возрасте такие способности вряд ли можно проявить. В это верится с трудом!
