— Этих молодых людей, — она ткнула веером в листок с фамилиями, — мы тоже видели в «сплетнях». Иви едет на отбор к принцу, зачем ей эти господа? Герцог, конечно, лакомый кусочек, но ставить на него рискованно. Так что твои советы, Эмилия, неактуальны.
Кто бы сомневался, что я услышу такой ответ. Надеюсь, в голове у них останутся мои предупреждения.
Стационарный портал мы прошли достаточно быстро. Вот в окно кареты была видна площадь с огромной аркой, которую охраняли и обслуживали маги. В следующий момент наша вереница карет уже выезжала из другой такой же арки в Брене. От портального перехода осталось только воспоминание, да легкое чувство тошноты.
Площадь, на которой мы оказались, была расположена в квартале магов. Чтобы добраться до королевского дворца, нам предстояло пройти двое ворот. Наша столица находилась на полуострове, на самой крайней его точке. На огромной скале с отвесными стенами, попирающими море, расположился королевский дворец. Он отделялся от города толстой и высокой стеной. Для пущей безопасности в Брене каждый квартал разграничивался от другого стеной с воротами, поэтому иногда столицу называли Шестивратьем.
Мы прибыли в город порталом, поэтому проезжать нам надо было лишь часть, в которой жили маги и ту, в которой стояли дома знати. Я с любопытством вглядывалась в проплывающие мимо строения, но ничего выдающегося не разглядела, пока мы не въехали в Королевские врата.
— Леди Эмилия, вы только посмотрите, какая дорога! — восклицала Лара, прилипшая к окошку. — Она же вымощена белым камнем. Дорогущий, наверное! Ой, а вон тот куст, что это за цветы такие? Они же почти черные! Разве такие бывают?
Я смотрела в окошко с противоположной стороны, но восторг Лары разделяла. Не зря королевские сады считаются произведением искусства! Из кареты было мало что видно, и я решила, что обязательно буду гулять в свободное время и рассматривать великолепнейший парк.
Мощеная белым камнем дорога петлями ложилась на холм и подводила нас все ближе к дворцу. Но лишь выйдя из кареты, мы смогли оценить его истинные размеры. Серая махина величественно возвышалась над нами. Казалось, она является продолжением скалы, которую фантазер — живописец одел в яркий наряд сада. Башни дворца тянули к небу высокие шпили, на которых развевались королевские штандарты.
— Сказать бы кому в деревне, что Ларка-свинарка будет жить в королевском дворце, засмеяли бы. А вот, поди ж ты! — донесся до меня тихий голос Лары.
У дворца было три центральных входа с широкими лестницами. Тот, что посередине — королевский, нас же подвезли к левому. Молчаливая тэна*, я не запомнила, как ее зовут, пригласила следовать за ней.
*тэн (тэна) — простолюдин (ка), у которого есть магические способности. У людей на Этерии магия подвластна в основном знати. В редких случаях выявляются люди с искрой, как правило слабой магией земли. К ним и обращаются «тэн» и «тэна».
Внутри дворец был отделан гобеленами с золотой вышивкой, что смотрелось дорого и помпезно. Множество коридоров и лестниц слились в моей голове в единую цветную ленту. Похоже, придется рисовать карту, чтобы с ее помощью выходить на прогулку в сад.
Наконец мы добрались до наших комнат. Иви с матерью поселили в смежные, меня же чуть дальше по коридору.
— Миледи, кажется, у вас есть соседка, — кивнула Лара на простенькую дамскую шляпку, лежащую в гостиной на софе.
— Неудивительно. Наверное, двух компаньонок поселили вместе, — пожала я плечами и кивнула на дверь слева. — Давай поскорее расположимся и найдем, где тут у них кормят.
Освежив лицо и сменив дорожное платье, я вышла из своей комнаты. В гостиной с небольшой книжкой в руках сидела молодая леди. Правильные черты лица, большие глаза и крупноватый рот притягивали взгляд. Каштановые волосы уложены в простую прическу, но на шее виднелись выбившиеся непослушные завитки. Гордая посадка головы говорила о врожденном чувстве собственного достоинства.
Мы несколько секунд рассматривали друг друга, после чего леди отложила книжку и приятным голосом сказала:
— Прошу вас, присаживайтесь. Сейчас должны принести чай. Меня зовут София Скетлинг, я внучатая племянница графа Берни.
При этих словах будто облачко набежало на лицо Софии, но она быстро взяла себя в руки и приветливо мне улыбнулась.
— А я леди Эмилия Вудс, дочь графа Лоуни. Старая дева, приехавшая дуэньей при сестре, — с сарказмом сказала я.
Пока пили чай, я узнала историю Софии. Ее отец проиграл крохи своего состояния в карты, с горя напился и сгинул где-то по дороге из города. Дом пришлось отдать за долги и вместе с мамой переехать к ближайшему родственнику — графу Берни, старому скряге, который даже собственным детям не давал ни монетки. Мама взяла на себя работу кастелянши в его доме, а София помогала ей. Недавно мамы не стало…