Все трое рассмеялись, когда Патрик направился к морозильным камерам. Тед и Стив быстро схватили свои пальто, опасаясь, что Патрик передумает.
- Хорошо, тогда увидимся утром, Патрик.
Когда Тед направился к входной двери, он мог бы поклясться, что услышал детский плач.
В ту ночь Теду снилась беременная женщина, однако она не была трупом, который ждал их на следующее утро в морозилке, она была жива. Женщина стояла перед ним совершенно обнаженная. Медленно она потерла руками живот, улыбаясь ему.
- Знаешь, он такой же, как его отец.
Ее голос был мягким, неуверенным, но милым.
Свет исходил из неизвестного источника, своего рода точечного светильника, похожего на те, что используются в малобюджетном театральном спектакле. Сияние освещало ее идеально пухлую грудь, ее светло-розовые соски. Тед почувствовал сильное сексуальное влечение к этой женщине, которое он не мог объяснить.
- Кто отец ребенка? - спросил Тед у женщины.
Ее робкая привлекательность сразу же исчезла, сменившись чувством уверенности и высокомерия.
- О, у него много имен, но если выбрать только одно, большинство называет его Сатаной.
Свет изменился с обычного, нейтрального свечения на красный оттенок. Ее тело, такое элегантное и стройное, за исключением беременного живота, придвинулось ближе, когда она обвила рукой его шею. Тед попытался сопротивляться, но обнаружил, что это невозможно, поэтому наклонился и их губы соединились. Он почувствовал, как ее язык скользнул в его рот и закрыл глаза.
Она провела рукой по его груди, вниз по животу и скользнула за пояс. Продолжала, пока ее ладонь не обхватила его пенис. Тед оцепенел от возбуждения, охватившего все его тело. Он хотел ее. Их поцелуи усилились, и он почувствовал, как ее пальцы потянули его за волосы. Он открыл глаза.
Ее кожа стала темно-синей. Гниющие куски мяса отваливались, обнажая белую кость под ними. Волосы на ее голове поредели, а глаза отсутствовали, так как глазницы были заполнены личинками. Тед в ужасе отпрянул назад, отчаянно пытаясь вытащить ее руку из своих брюк.
- Отпусти меня, - закричал он.
- Да ладно тебе, давай трахнемся. Я хорошо умею сосать член, - oна открыла рот и оттуда посыпались черви и тараканы... Ее распухший синий язык, дрожащий как у змеи, начал разваливаться. - Я - маленькая шлюха Дьявола.
Тед резко проснулся. Обливаясь потом, он вздохнул, чувствуя, как облегчение разливается по телу. Он знал, что этой ночью больше не уснет.
- Ты облажался, чувак.
- Я не облажался, просто ей не нравится сосать член. Не все женщины это любят.
Стив попытался защитить свое мужское достоинство. Тед покачал головой и хихикнул.
- Мужик, говорю тебе, в наши дни все женщины так делают. Это как требование, запрограммированный оральный инстинкт. Ты просто не нажимал на нужные переключатели.
- Хватит нести херню, просто открой дверь.
Когда дверь распахнулась, улыбки Теда и Стива исчезли, а их челюсти отвисли. Повсюду была кровь. Стены, пол, даже потолок был в крови. Оба мужчины сразу же побежали к холодильнику для трупов и обнаружили, что одна из дверей открыта. На каталке лежал труп Джейн Доу, но ее живот был выпотрошен, а внутренние органы разбросаны по всей каталке. Выглядело это так, будто ее разорвали дикие собаки. Еще более тревожным было то, что ее ребенок пропал.
- Что, блядь, происходит? - спросил Тед, отчаянно пытаясь удержать свой завтрак.
- Плод украли, – ответил Стив, недоверчиво покачал головой и направился в офис. - Это гребаная шутка. Я не собираюсь разгребать этот бардак. Я собираюсь убить его нахрен.
Тед был в полном недоумении. Он повернулся к своему напарнику.
- Что ты делаешь?
- Я звоню Патрику; этот хуесос сыграл с нами злую шутку, а я не в настроении.
- Не знаю, чувак, все это... как-то неправильно.
- Ну, ты пока обдумывай свою маленькую теорию, а я позвоню.
Стив распахнул дверь кабинета, и его тут же вырвало. Он быстро захлопнул ее и покачал головой; его дыхание вырывалось маленькими нервными толчками.
- Стив, какого хрена? - крикнул Тед, подбегая, чтобы помочь своему другу.
Стив просто продолжал тяжело дышать и указывать на дверь офиса. На стуле сидел труп Патрика. Его глаза были вырваны из глазниц, нос отрезан, все лицо исчезло. Единственным определяющим фактором того, что этот кусок мяса когда-то был Патриком, была одежда, которую он носил. Вокруг его тела были сотни зажженных черных свечей. Языки пламени дико плясали, отбрасывая зловещие тени по всей комнате. На стене за трупом была нарисована кровью пентаграмма.
- Слушай, чувак, я знаю, что это пиздец, но у нас нет времени разбираться в этом дерьме. Что нам нужно сделать, так это убраться отсюда. Убийцы все еще могут быть здесь, ты же понимаешь. Соберись и пошли.
Стив взял себя в руки и отвернулся.
- Тед... Мне кажется, я сошел с ума, - тихо сказал он.
- Я знаю, чувак, это чертовски безумно.
- Нет, я говорю не о Патрике. Джейн Доу стоит у тебя за спиной.
