Так они стали работать вместе почти каждый день. Поначалу он мог не много – надеть тренерский доспех от «Everlast» с обозначенными зонами для ударов, натянуть лёгкие лапы на руки и изображать из себя движущийся мешок, но он делал это бескорыстно и позволял ей бить себя долго, столько, сколько было нужно. С каждым разом она всё больше понимала, что работать с ним ей нравится куда больше, чем с любым из помощников тренера Робертса. Те требовали денег, хотели как можно быстрее соскочить и не любили, когда она била их в полную силу. Тайлер не выказывал никакого неудовольствия и лишь медленно отступал под её натиском, когда она всаживала свои крюки в кожаные бока его нагрудника. Потом, через день или два, он показывал ей с улыбкой своё посиневшее тело – доспех не снимает всей силы удара, – однако и тогда она не видела в нём осуждения.
– Сильно я тебя отделала, – говорила она.
– Ничего. У тебя отличный удар. Лучший, что я видел у женщин.
– Много ли ты видел?
– Достаточно. Техника тоже отличная. Ты же была чемпионкой мира.
– Была.
– Как же так получилось, что начинаешь всё сначала?
– Долгая история.
Он оказался тем человеком, которому нравилось, как она его бьёт. В их мире такое дорогого стоит, и она это понимала.
*****
Медленно, но верно она меняла свою жизнь на новом месте в нужном направлении. Иногда казалось, что это будет продолжаться целую вечность, но бывали и дни, когда можно было увидеть плоды своих трудов.
– Не так плохо, согласись. Теперь, когда есть машина, всё будет по-другому.
Она опустилась на колени у заднего крыла «Тойоты» кофейного цвета, ещё раз проверяя, нет ли ржавчины под колёсной аркой. Там всё было чисто, никаких вмятин или следов рыжих пятен. Калифорнийский климат сохраняет лучше любого консерванта.
– Я не слишком разбираюсь в машинах, но выглядит нормально для четырёх тысяч баксов, – мама скептически смотрела на её приобретение со стороны.
– Хочу как можно скорее зарегистрировать её в такси и выйти на работу. Больше никаких чёртовых кондиционеров.
– Это и есть твой хитрый план, чтобы оплатить тренировки? – спросила Хелен.
– Лучший из всех.
Первой её работой в Сан-Франциско была установка кондиционеров. Это была не работа мечты, но нужно было с чего-то начинать и делать это быстро – те несколько тысяч, с которыми она приехала в Америку, растворялись неумолимо. Ей не хотелось долго искать вакансии, тратить время на собеседования, поэтому выбрала почти первое попавшееся предложение, что сделал ей один поляк, владелец маленькой фирмы, и вышла на работу уже через пять дней.
Она никогда прежде не занималась установкой подобных штуковин, но опыт тут не требовался, и её научили за несколько выездов. Замена по гарантии или на новые, ремонт тех, что текут, проверка уровня нагрева и циркуляции воздуха. Большинство работников кампании составляли мигранты – русские, украинцы, белорусы, сербы, выходцы из Восточной Европы. Платили им по местным меркам мало, двенадцать долларов в час, но и качество их работы было соответствующим. Никто там не горел желанием самосовершенствоваться или убиваться ради клиента, каждый плыл по течению, ловя то, что жизнь сама приводила в руки.
Обычно она каталась с напарником на белом грузовичке, набитом оборудованием, прежде всего в Окленде, но иногда они заезжали и в Сан-Франциско. Так, от адреса к адресу, проходил день, а потом возвращалась пешком в свою квартиру, ещё полчаса мимо промышленных зон и уходящих вдаль блоков однотипных домов. На этом пути, из-за того, что часто была единственным пешеходом в мире машин, её не покидало странное чувство, словно город вымер как после апокалипсиса, как в фильмах по мотивам Стивена Кинга, и только ветер гоняет мусор через пустое шоссе.
Однако она всегда знала, что это ненадолго, лишь на несколько месяцев, чтобы получить местные права и скопить на машину, подходящую под те критерии, что требовали «Убер» и «Лифт» для регистрации в своей системе. Как только это произойдёт, никто больше не увидит её в белом грузовике с синим логотипом на боку. Обдумав всё, рассмотрев варианты, решила, что работать в такси будет лучшим выбором. Можно самостоятельно выстраивать свой график, а значит совмещать работу с тренировками. К тому же, как она слышала, там можно поднять четыре, а то и пять тысяч по итогу месяца, если, конечно, забыть о жалости к себе.
Во время сдачи на права инструктором у неё был мужик, который едва помещался на сидение, но, не смотря на то, как жалобно учебная «Хонда» скрипела под ним, он оказался хорошим человеком и не стал её заваливать. Наконец, всё было кончено. На обочине рядом с её новым домом стояла десятилетняя «Тойота Королла» цвета густого кофе, что стоила ей четырёх тысяч долларов и была куплена у одной женщины в Санта-Кларе. Несмотря на возраст, машина была в отличном состоянии и не требовала даже косметических улучшений. Согласно табло на приборной панели, она прошла пятьдесят тысяч миль, и ещё тысяч на сто её должно было хватить без серьёзных поломок, если, конечно, повезёт.
– Новая работа, значит? – сказала мама.
– Ты не в восторге.
