Феномен интуиции вызывает большой интерес в современном гуманитарном знании. Философия, психология, культурология, методология научного исследования обращаются к поиску природы интуиции, по-своему играющую роль в каждой из прикладных сфер данных наук.Вопрос о том, какова природа интуиции является необходимым ответом на рост иррациональных веяний сегодня, в связи с открытостью и рисками.Данная книга посвящена обоснованию интуитивной природы разума, который вплоть до XX века считался единственным гарантом истины. Но без интуиции разум не способен совершить научное открытие, сделать выбор, понять другого. Сегодня, в период цифровизации и информатизации общества роль интуиции становится все более значимой. Интуиция является когнитивным феноменом, пронизывающим все сферы жизни человека.Монография будет полезна специалистам в области философии, эпистемологии, психологии, студентам, изучающим философию, психологию, историю медицины, а также всем интересующимся вопросами природы интуиции.
МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЛИНГВИСТИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ
Qui pro quo, одно вместо другого – свойство комического, когда мы одно принимаем за другое и от осознания этого несоответствия, вызванного недоразумением собственного ума, мы начинаем смеяться. В истории философии понятия приобретают многозначность и зачастую возникает путаница в их применении, что вызывает не только смех, но и отчаяние перед непониманием.
В современном мире философских конструкций каждый избирает для себя свое исследовательское поле, которое захватывает присущие его характеру, образу мышления и настроению тексты и соответствующие смыслы. Однако как вычислить эти тонкие черты философского исследования, как определить причинно-следственную связь смыслового потока конкретной личности? К написанию данной работы меня вдохновило второе предисловие Канта к «Критике чистого разума», в нем он говорит о некой заложенной уверенности Галилея в том, что будет только открыто им рациональным научным методом, который он сам и создаст[1].
Это поразительное допущение стало путеводной нитью данной книги. Она является продолжением исследования соотношения априорного знания и интуиции в творческой работе ученого. Интуиция Канта привела к целому исследованию, посвященному роли интуиции в научном познании. Стоит сказать, для того, чтобы начать исследовать в данном ракурсе интуицию, необходимо было впустить ее в процесс научного исследования, оправдать ее эвристическую роль, как действительно важный элемент научного познания. В данной книге анализируется исторический путь развития ratio, от самых его оснований, где только начинает формироваться корневая система рациональности к пышному цветению науки современности. Научно-исследовательский характер книги состоит в тщательном разборе исторических оснований ratio, анализу живого научного творчества и обоснованию роли интуиции в когнитивной деятельности человеческого ума, которая выходит за пределы научной деятельности.
Глава посвящена рассмотрению природы образно-символического мышления в его движении к дискурсивному. Дискурсивное мышление представлено в контексте становления европейского рационализма, элементы которого обнаруживаются уже в недрах древнегреческой философской мысли. Актуальность использования результатов греческих философов связаны с пониманием той интеллектуальной революции, которая произошла в VI веке до н. э. и затем дала толчок становлению европейского рационализма как направления со своим особым понятийным языком и проблематикой философии в целом.
Первые, наиболее общие понятия: «космос», «логос», «энтелехия» и т. д. явно указывают на становление понятийного языка и соответствующего стиля мышления, который преодолевал религиозное понимание и объяснение наблюдаемых процессов и явлений природы. При этом, «возникновение космоса и других естественных явлений ионийские "физики", – отмечает Ж-П. Вернан, – объясняли чисто рациональными причинами и в отрыве от религии»[2]. Это, в свою очередь, способствовало появлению нового направления в познавательных поисках мыслителей, объединивших философию и «науку» в общем поиске первопричин порядка вещей. Именно с милетской школы идея космического порядка получает рациональное объяснение. Отныне космос подчиняется закону, правилу (nomos), порядку, в соответствии с которым ни один из элементов его не может рассматриваться как обладающий властью (kratos) над установленным порядком вещей, природных процессов и стихий. Такой взгляд стимулировал дальнейшее развитие рационального подхода к миру, где умопостигаемый, упорядоченный космос, и картина наблюдаемой вселенной предстают как взаимосвязанные части единого целого. Эпистемологическое значение этих идей состоит в том, что они повлияли на развитие целого направления исследований внутри философии – философии природы. Именно в недрах натурфилософии можно обнаружить систему рациональных понятий, что, в целом, позволяет рассматривать этот исторический этап философии как начало европейского рационализма. На первых его этапах для него характерна экстраполяция подходов, используемых по отношению к объектам природы – на человека, нацеленность на познание основ природы человека и выявление специфики его мышления и познания.
