Но искренне надеялся, что их не будет!
Ага, а то как же!
Дохлый диверсант, оказывается, тоже проблема!
Я смотрел, как шевелится его туловище, пытаясь принять вертикальное состояние.
Совсем как я, совсем недавно!
Только…
Приголубив китайчару по тыкве еще раз, прекратил шевеления и, на всякий случай, пока еще чего случилось, вскрыл отсек питания на скафе и выдернул оттуда все три батареи, лишая скаф энергии.
Был бы скаф Аратанским или Аварским – хрен бы у меня это получилось!
А на оширском – за милую душу, даже нейросети не понадобилось, чтобы открыть отсек с нарисованной батарейкой!
Не скрою – жутко хотелось переоблачиться в скаф, для пущей безопасности, но…
Арварцы разбираться не будут и тормозить – тоже!
Раз в скафандре – значит враг!
А с врагами разговор короткий.
Но, ради научного интереса, оширца из скафа все-таки вытащил, предварительно поменяв «батарейки» у себя в комбезе на свежие, из скафа.
Сели, как родные!
Оширец как оширец.
Худой, жилистый, с набитыми костяшками и татухой крысы на шее.
Судя по количеству выходов нейросети на руках и сохранившейся части шеи – индивид, попавшийся мне, явно не боевик, скорее, тоже «ледоруб», что притаился в помойке, творя свои злые дела.
По крайней мере, только это могло объяснить его заторможенную реакцию и деактивированной шлем.
Подперев входную дверь погнутой о череп арматуриной, вновь занялся своими делами, а именно, что у меня с нейросетью?!
Ведь явно ее не демонтировали – цена моего криво вставшего «Медика», даже в голодный год, меньше копейки!
А значит…
Я похлопал себя по шее, нащупывая коннект-порт.
И выдохнул.
Все, можно было больше не скститься – вместо порта пальцы обнаружили дыру.
Жить такое повреждение не мешает, а вот о состоянии нейросети говорит точно и просто – ей писец!
Так что…
Я отложил пукалку в сторону и съехал по стене вниз, на пол.
Теперь мне можно поставить только «индивидуалку», да, при чем, не «абы какую», а биологическую, из моих собственных клеток собранную.
То есть, стоящую порядка 10-12 миллионов кредов.
Без «узлов-имплантов» и без баз…
Без баз!
Я застонал!
Я же себе только-только базу «самооборона» закачал!
У-у-у-у-у, твари!
И доступа к счету – тоже хрен!
Хотя, там, скорее всего, уже давным-давно кругленькие нолики…
А еще ведь у меня был тайничок-нычка…
Вот же … Фак!
«Всплакнув» над потерями, стал искать приобретения.
Скаф «ледоруба», гм, к таковым не относится.
А вот «пукалка» - вполне.
И вон тот дроид, что вылез из технического тоннеля и сейчас тыкался в бездыханное и безголовое тело своего поводыря – скорее всего, тоже приобретение.
И осталось разобраться, как этим пользоваться.
Почесав затылок и взвесив все за и против, пришел к ужасному выводу – никак!
То, что меня не нашли до сих пор означает лишь то, что этот отсек может быть отключен от системы безопасности, а такие чудеса, гм, даже у черных, долго не длятся.
Поэтому…
Я завертел головой в поисках табличек, надписей, хоть чего-нибудь, что помогло бы мне открыть страшную тайну – где я нахожусь?!
Облазив весь закуток, нашел только монтировку, да и то не красную.
Прикинув, что три километра длины линкора это не так уж и много, провел рукой над сенсором двери, особо праздника не ожидая.
Тишина!
Толкнул дверь, потом потянул, потом побился лбом о сталь и откатил дверь влево, освобождая себе проход.
Продолжая злиться на чертово зеленое освещение, прижался к стене и пошел вперед, навстречу приключениям на свой зад!
Которые, кстати, совсем не замедлили явится!
Причем, большие такие, приключения… В виде боевого дроида, который, при виде меня, почему-то отшарахнулся назад, словно не раба перед собой увидел, а нечто крейсерского калибра!
Понятно, что заминка долго не продлилась, но я хоть успел вжаться в дверной проем и пропустить шар плазмы, который дроид швырнул вдоль коридора.
Комбез выдержал, но ругался так, что я даже начал немного понимать, что он обо мне думает!
Убрав игольник в уголок, прижался к двери и загадал, что если выживу – не будет от меня пощады ни черным, ни желтым, ни белым, ни длинноухим!
Только загадал, как дроид важно прокатился мимо, а на меня наставили свои импульсники местные «ополченцы» с рабскими ошейниками.
Стрелять никто не стрелял, так что я даже слегка расслабился.
А зря.
Потому что дверь, о которую я опирался спиной, внезапно распахнулась и я, нелепо взмахнув руками, полетел в очередную черную-пречерную комнату, догоняемый метким залпом из всего оружия, пролетевшим у меня над головой!
Спину справа, под ребрами, обожгло жгучей болью и перед глазами повис транспарантик: «Недостаточно массы симбиотов для сохранения жизненных параметров, предпочтение отдается основным жизненным органам. Зрение будет отключено»…
И зрение, блин, благополучно отключилось!
Разумеется, кроме зрения отключился и я сам, но…
Основную боль успел прочувствовать собственными ребрами.
И ведь не столько больно было, сколько обидно!
И за базы, и за…
За все, в общем!
Хуже было только в школе, когда меня били за улыбку, били за мнение и за худобу, тоже доставалось.
И за честность и за верю в справедливость.
