11 вечера. Совершенно неожиданно приехал Джордж. Уже поздно, а сам Джордж на вид очень слаб. Он сразу перешел к делу. Он хочет навестить Лайлу и спросить ее, не из Каликшутры ли она. Значит, мои рекомендации действительно принесли плоды. Беспокоит только то, что Джордж подумывает о возвращении в Ротерхит. Я повторил свои предупреждения, потом усадил его и заставил написать письмо о том, что он насовсем прерывает всякие отношения с Лайлой. Я попросил его оставить письмо у меня и сказал, что сам отправлю его. Он уехал около полуночи, рассыпаясь в благодарностях.
15 мая. Встреча с лордом Рутвеном. Очень примечательный вечер, обещающий несравненные возможности для исследований. Я выехал поздно, было много работы в клинике, и приехал к нему к девяти часам. Дом у лорда Рутвена великолепен, но непохоже, чтобы в нем долго жили, ибо мебель напоминает могильные памятники, чего человек с несомненным вкусом никогда не допустит. Я спросил, прав ли я, и он объяснил, что не очень любит английские холода, после чего с энтузиазмом заговорил о Греции. И все же для любителя солнечного климата он чересчур безразличен к темноте, царящей в доме, ибо во многих комнатах у него горело по одной свече — даже в столовой освещение было крайне скудным. Но свечей было вполне достаточно, чтобы увидеть, что, по крайней-мере, здесь лорд Рутвен не пожалел усилий, ибо столовая была великолепно украшена, а стол ломился от яств.
— Прошу, угощайтесь, — жестом пригласил он. — Не терплю формальностей!
Я повиновался, а потрясающе миленькая девушка-служанка подала нам вино. Я не эксперт по винам, но мог сразу сказать, что оно очень хорошее. Я спросил об этом лорда Рутвена, он улыбнулся и ответил, что вино самое лучшее.
— У меня агент в Париже, — произнес он. — Он присылает мне вина лучших розливов.
