— Я бы этого не сказала, — ответила я, заметив, как при этом злобно перекосилось ее лицо. Она стояла совсем рядом со мной, так что я увидела ее глаза. По природе своей они были большими, красивой формы, но с годами, видимо, сделались несколько выпуклыми, так что почему-то на ум пришла фраза: «Выкатились от жира их глаза». ЮЮ была отъевшаяся, сбитая, ноги ставила широко, крепко, по-мужски. В ней чувствовалась какая-то звериная хватка. ЮЮ говорила, стараясь понижать голос, а я чувствовала, что ее близость мне тяжела, чтобы терпеть это слишком долго. Она говорила, как зомби, иначе не сказать. Ее взгляд потерял многогранность осмысленности и стал внутренне зацикленным. Она не мигала и не слышала меня, а медленно кивала головой, хотя и не соглашалась, и потом снова повторяла, что деньги — это не главное.
— Тогда что же для вас главное? — спросила я. ЮЮ не смогла ответить, и ее взгляд как-то еще более остекленел и озлобился.
Я представила себе ее духовный, символический образ и увидела змею с двоящимся языком. Такой взгляд, как у ЮЮ, я неоднократно встречала и раньше, но только сейчас появилась четкость словесного образа:
Поклонение деньгам — это мерзопакостнейшая форма идолопоклонства. Синдром змеиного взгляда — очень хороший индикатор. Наблюдайте, и постепенно вы научитесь видеть это, даже не разговаривая с человеком.
Подчеркиваю, что для сетевиков это более типично, чем для представителей иных бизнес-структур. Почему это так? И почему у многих людей складывается представление о том, что это секты? Во-первых, потому что слишком много говорят о деньгах. Во-вторых, в связи с повальной зазомбированностью на то, чтобы вербовать людей. Ну и, конечно, из-за самой идеи сети. «В глазах всех птиц напрасно расставляется сеть». Речь ведь идет о людях.
Когда-то Христос встретил Андрея и Петра, которые закидывали сети в море, и сказал им: «Идите за Мной, и Я сделаю вас ловцами человеков». Те оставили свои сети и последовали за Ним. Подобным же образом Он призвал Иакова и Иоанна, которые не только сети с лодкой оставили, но и собственного отца. Про Христа сказано, что Он говорил как власть имеющий, а не как ученые суесловы того времени. В Его словах была власть, но использовал Он ее не для зарабатывания денег, а для спасения душ. Поэтому, когда кое-кто из сетевиков пытается говорить, что прообразом сетевых компаний было вероучение самого Христа, то они совершенно справедливо получают отторжение, негатив и обвинение в сектантстве. Излюбленный ход черноты — маскироваться под белое.
Когда я обучаю сетевиков, то они важны мне прежде всего как люди. Услышать, правда, могут немногие.
В сетевых структурах людей учат работать харизматичные тренеры; более опытные сотрудники «стимулируют» новичков, так что те постепенно избавляются от комплексов неуверенности. Что ж, недурно, но, судя по моему опыту работы с сетевиками, многие из них подвергаются давлению: «Продавай активнее! Закупи склад! Возьми в долг на начало бизнеса!».
В различных аудиторях на 200–300 человек я просила поднять руки тех, у кого есть долги, сделанные за время работы в сети. Оставалось лишь несколько опущенных рук, из чего я делаю вывод, что группы людей, стоящие во главе сетей, преследует сугубо личные интересы под эгидой заботы о человечестве, и при этом они гениально выстраивают систему мотивации и обучения.
Какую созидательную роль
может выполнить сеть по отношению к индивидууму?
