вшей на уровне головы уж вовсе кошмарной жары, Генка рухнул обратно на доски, отметив, что вернувшиеся Андрэ и Макс залезли под самый потолок и там вовсю лупцуют друг друга вениками.- Ну я попал... ну я влип... - Генка обречённо закрыл глаза. - Всё. Делай-те, что хотите, только напишите домой, где моя могилка... и соври-те, что я умер без мучений...
-- - Пару! - рявкнул Диман, и откуда-то из угла с грохотом артка-
нонады рванулись новые клубы раскалённого пахучего тумана. Ге-нка понял, что жить ему осталось недолго и постарался расслабить-ся - будь что будет... Серый рядом подал признаки жизни - засто-нал и попросил шёпотом:
-- - Ещё-о...
"Вот так и становятся мазохистами..." - вяло подумал Генка, ощущая, что чудовищная экзекуция больше не пугает его, а скорей начинает нравиться - возникало ощущение какой-то отстранённо-сти ото всех проблем и полного покоя. Удары вениками почти не ощущались,Генка и не заметил,когда они прекратились.Это ничуть не напоминало не то что ванную, но даже сауну, куда он пару раз ходил...
... - Квасу хочешь?
81.
Генка осоловело приподнял голову и открыл глаза. Пару ста-ло поменьше, хотя жара была почти прежней. Почти все спали, лё-жа на лавках. Диман с улыбкой протягивал Генке пластмассовый кувшин. Мачо, привалившись к стене, сдувал с губ капли и чему-то улыбался. Всё вокруг было в листьях. Тело приятно горело и ло-мило.
-- - А я уснул, - признался Генка и сел, принимая кувшин. - Так
здорово...
-- - Конечно, здорово, - согласился Диман. - Ты ведь раньше и не
был в бане никогда? В смысле, в настоящей?
-- - Не был, - квас оказался ледяным и невероятно вкусным. - Я
сначала правда перепугался. А сейчас уходить не хочется...
-- - Надо, - сказал Диман. - Сейчас ребят растолкаем, одну вещь
обсудим и всё, пора.
-- - Какую вещь? - Генка подобрался, и Диман не разочаровал его:
-- - Серьёзную, Клир. Очень... И вот что... - Диман помедлил. - Да-
вай сперва поговорим с тобой... Чтобы всё было ясно. Мы тебя на-няли, чтобы ты учил нас стрелять. Ты нас учишь хорошо, всем нра-вится. И парень ты хороший... и вообще правильный, я это понял ещё когда про тебя узнавал, а то бы просто не стал с тобой иметь дела... По жизни правильный, понимаешь? Да что я, я тебе это сто раз говорил... Так вот... Юрз например учит нас драться, как ты стрелять. Но не только.Он ещё участвует в... в особенных делах.
-- - Ты хочешь сказать... - Генка почувствовал в животе комок
восторга и страха. - Чёрт, ты хочешь сказать, что вы не только го-товитесь к партизанской войне, но и что-то делаете уже сейчас?!
Диман очень по-детски возил ногой по полу, сгребая листья в кучку. Потом разбросал её, поднял пальцами ноги один лист и, перехватив в руку, приклеил его себе на грудь слева.
-- - Не просто что-то, - признался он. - Сам подумай - откуда у нас
свои деньги, например? А Юрз сказал, что тебе можно доверять... да и все так думают... За это что-то старших посадят на 15-20 лет, а то и на пожизненное, а младших отправят в спецшколы. И все это знают. Просто по-другому мы не можем. И если ты хочешь, то можешь остаться просто инструктором по стрельбе. Даже если нас заметут когда-нибудь, то тебе ничего не грозит, ты просто ничего не знал. Ну, в крайнем случае - условное... А если ты решишь... То тебе дадут как и всем.
Генка облизнул губы. Ему в голову вдруг пришла ужасная и одновременно влекущая мысль.
-- - Вы... - спросил он и тоже начал сгребать листья на полу. -
Вы... Вы убиваете?..
-- - Иногда, - тихо сказал Диман. - Тех, кого нужно убивать. Мы
все преступники, Ген. И если ты прямо сейчас уедешь вообще - я тебе ни слова не скажу и даже деньги отдам за это время. Около двух тысяч, Тонида точнее посчитает...
-- - Я не трус! - вскинулся Генка. Диман пожал мокрыми плечами:
-- - А это тут ни при чём... Конечно, не трус. Но этого мало. Пони-
82.
маешь, Ген... Мы так поступаем, потому что не можем и не хотим больше терпеть того, что происходит на нашей земле. В этом воп-рос.Не просто недовольны происходящим,а не желаем с ним мири-ться. Такие ребята, как мы, не предусмотрены правилами совре-менной жизни. Рядом с нами находиться - всё равно что на бомбе сидеть.
-- - Это кайф - сидеть на бомбе, - не открывая глаз, сказал Мачо. -
Физический кайф... Всё становится в тыщу раз острее и ярче...
-- - Ты его не слушай, - досадливо сказал Диман. - Он сумасшед-
ший... Кукуня. Ты о себе подумай, Ген.
