— Вот, собственно говоря, и все… — сказал Котя. Помялся и добавил: — Ну, иногда с Аркана просили «обратить внимание» на кого-то из функционалов. Я сбрасывал эту информацию полицейскому, контролировавшему данный район. Если же полицейских в районе не было — тем же акушерам, они-то без поводков… А раз в квартал я писал отчеты в Аркан. Фактически — просто суммировал полученные отчеты от акушеров. Кто, когда и каким функционалом стал. Если были проблемы с адаптацией, жалобы — тоже это указывал. Ну и размышления свои о том, как бы стоило человечеству дальше развиваться…
— И все?
— Да. Все. — Котя развел руками. — Думаешь, я сидел в Москве, с девками гулял и всякие рассказики пописывал, чтобы тебя в заблуждение ввести? Да мне и впрямь делать было нечего! Я три года болтался по всей Земле — знаешь, как интересно было? Ну и по остальным мирам веера. А потом это так надоело! Оказалась, что придумывать всякие глупости, пить и ходить по бабам куда…
Иллан потянулась и легонько шлепнула Котю по затылку. Сказала:
— Про баб — хватит, пожалуйста. Рассматривай это как окончательно пройденный этап твоей биографии.
Котя покосился на нее и, к моему удивлению, кивнул. Довольно-таки искренне кивнул. И продолжил:
— Работа куратора — все равно что работа управляющего в большом и справном имении. Крестьяне сами знают, когда сеять, а когда молотить. Кузнец чинит утварь, ба… женщины бьют из молока творог и возят продавать на базар, поп служит молебны. Все само течет, а управляющий сидит на крыльце, пьет наливку и… — Котя крякнул и неуклюже закончил: — Ну… ест там чего-нибудь…
Иллан неожиданно засмеялась и сказала:
— Котя, беру свои слова обратно. Ну если ты не можешь ничего рассказать без этого — говори, как тебе привычнее. Только при случае поинтересуйся, как делают творог, а как — масло.
— Я уже закончил, — мрачно сказал Котя. — Все, что перечислил, — это и есть вся моя работа. Теперь второе — что я могу как куратор. У меня есть вот это обиталище в Тибете. Уж не знаю, как выдрессировали этих монахов, чего наплели, но служат они фанатично. Я здесь бываю нечасто, но если надо — это надежное укрытие для куратора. Я могу передвигаться… ну… — Котя заколебался, подыскивая слова, — вроде как сквозь пространство. В любое место, где бывал раньше и которое запомнил. Мне надо придумать для него какое-то обозначение, кодовое слово — и потом я могу открыть к нему портал.
— Только к любому месту? — спросил я.
— Или к человеку. — Котя выглядел смущенным. — Которого знаю лично. Ну… на тебя у меня была наводка. Я периодически поглядывал… после того, как поссорились. Ну… на Иллан…
— Все ясно. А что ты еще умеешь?
— Да ничего, — раздраженно сказал Котя. — Каких-то совсем уж хитрых способностей у меня нет. Ни знаний всего на свете, как у таможенника. Ни силы, как у полицейского. Ни способностей к врачеванию. То есть все это как бы тоже есть — но слабее, чем у них.
— Фигня какая-то, — не выдержал я. — Ты же главный! Смотритель над всей Землей!
— Ага! — Котя тоже вспылил. — Как ты думаешь, у старосты барака в концлагере много было прав? Ну, пайка посытнее, койка помягче, да еще право с надсмотрщиками разговаривать. Вот и все! Ты уж не преувеличивай мои способности. Я всего лишь посредник. Специалист широкого профиля, но — все широкие специалисты неглубоки. Увы.
— Чем лужа больше, тем она мельче, — назидательно произнесла Иллан.
Мы с Котей удивленно посмотрели на нее.
— Афоризм, — неуверенно сказала Иллан. — А?
— Не получился, — ответил я. — Ладно, проехали. Котя, а чего ты лишился в последнее время?
— Я не могу открыть портал в обитаемые миры. — Котя развел руками. — Вначале закрылся Аркан, потом стали недоступны другие миры с цивилизованной жизнью. Тебе чертовски повезло, что Янус мне пока доступен… Я пытаюсь выйти на почтальона — но не могу. То ли он не появляется на нашей Земле… то ли как-то от меня закрылся. Должно было прийти письмо с Аркана, но не пришло. И отчеты от акушеров перестали поступать. Ну… будто я вышел из доверия. — Он косо улыбнулся. — Или… словно они ждут, кто из нас с тобой победит.
— Как так вышло, что я стал функционалом? — задал я вопрос в лоб. — Вот только без историй «пришла разнарядка, очень не хотелось, но я человек подневольный…».
Котя вздохнул. Кажется, мы дошли до какого-то момента истины.
— Я сам дал твое имя Ивановой, — мрачно сказал он. — Ну, будто мне такое указание пришло… Воспользовался, можно сказать, служебным положением в личных целях.
— Зачем?
— Ну скучно мне было! — с тоской сказал Котя. — Хотелось, чтобы кто-то из друзей стал функционалом. Чтобы можно было дурака повалять, прикинуться случайным участником событий… Меня же в лицо никто не знал. Даже эта дура Наталья! Куратор — он самый скромный правитель в мире…
Я фыркнул:
— Да уж… куда скромнее.
В камине потрескивал огонь. Иллан, свернувшись калачиком в кресле, внимательно смотрела на Котю. Удивительно идиллическая картина…
— Котя, что ты собираешься делать?
