Аннотация:Новый Вавилон - планета - тюрьма, куда ссылают на пожизненное заключение. При этом узникам обеспечивают как бессмертие, так и кучу разнообразных возможностей мучительно умереть. Как не просто выжить, но и остаться человеком?...
Командор Маккензи, капитан "Улисса" нервно ходил по мостику своего дальнего джамп-рейдера, стараясь не смотреть на курсовой обзорный монитор. Экран был так огромен, что создавал полную иллюзию открытого космического пространства, в которое "Улисс" вывалился из джампа примерно час тому назад. Прямо по курсу была планета, и вид этой планеты крайне удручал. Складывалось у командора такое впечатление, что это не он смотрит на планету, а сама планета смотрит на него. Двумя глазами, одним из которых одним был ее единственный океан, со зрачком-островом, и вторым, выглядевшим, как вытекший глаз, плато на опять же единственном материке. Нижняя (по отношению к взгляду командора) оконечность материка была вытянута перпендикулярно всей основной тверди и походила на рот, скривившийся в зловещей усмешке. Атмосферные явления (а у планеты была атмосфера - видно невооруженным взглядом) в виде облачных масс самых устрашающих оттенков - циклонов и антициклонов, движущихся с колоссальной скоростью, то закрывая, то открывая фрагменты лика планеты, создавали впечатление, что этот лик живой и все время подмигивает командору и гнусно усмехается при этом.
Командор еще раз взглянул на обзорный монитор, внутренне содрогнулся и сказал, обращаясь в никуда. - Главного планетолога на капитанский мостик.
Через мгновение за его спиной возникла стройная фигура моложавого мужчины, довольно романтического вида, о чем, в частности, свидетельствовала волна черных волос зачесанных вверх и назад, придавая их обладателю некоторый байроновский вид. Фигура негромко кашлянула. Командор обернулся.
- Мой капитан, планетолог Борисофф по вашему приказанию прибыл! - Вытянувшись в струнку, уставно отрапортовала фигура.
- Вольно, планетолог, вольно. - И командор перешел на неуставной язык.
- Как тебе, Борис? - Макензи кивнул на обзорный монитор.
По уставу планетолог рейдера помимо обследования найденных планет (в этом поиске, собственно, и состояла цель любого подобного рейда), должен был предложить название.
- Да-а-а! - внимательно вглядевшись в экран, через некоторое время выдавил из себя планетолог. - Я бы назвал ее "Личико Дьявола"[1]...
- Принято. - после минутного раздумья ответил капитан. - Что с зондами?...
По инструкции каждую планету по ее открытию должны были обследовать минимум тремя зондами, запускаемыми с рейдера. Один из них - сканер, описывал клубок орбит на границе атмосферы планеты, если таковая имелась, и вел съемку в самом широком спектре излучений. Второй погружался в атмосферу и проводил, кроме всего прочего, ее анализ на пригодность для дыхания человека. Третий же зонд, как его называли "ботаник", анализировал состав атмосферы на наличие микроорганизмов, а также флору и фауну открытой планеты, буде таковые у нее имелись. Запуск зондов, контроль и накопление информации, которая с них поступала, составляли первейшую обязанность главного планетолога рейда.
- Через полторы минуты зонды начнут работу. - отрапортовал Борисофф.
Впрочем, Макензи мог не задавать этого вопроса - ответ был известен заранее. Борисофф ходил планетологом с Маккензи уже в пятый рейд, и ни у того ни у другого за это время не только не появилось претензий друг к другу, а в чем-то они даже сблизились, настолько, что капитан в такой момент смог так неформально обратиться к своему подчиненному.
Откуда-то сверху раздался звуковой сигнал. Экран обзорного монитора разделился на части. В центральную часть стал передавать изображение сканирующий зонд. Слева пошли данные от атмосферного зонда. В правом нижнем углу должна была появиться информация от "ботаника", но там пока еще мелькали только цифры.
То, что было в центральной части монитора, выглядело нерадостно. Единственный материк планеты больше всего был похож на гигантского ежа с трещинами в панцире игл, который собирается то ли напиться воды, то ли утопиться в единственном ее океане.
Личико Дьявола - была молодой планетой с бурной тектонической деятельностью, в результате которой практически вся ее поверхность представляла сплошные горные массивы, вытянутые как зубцы по вертикали. Исключения составляли каньоны, в которых текли бурные реки, а если скальные массивы чуть-чуть расступались, то в этих впадинах образовывались непомерной глубины озера.
Извержения вулканов и землетрясения сотрясали и раздирали планету, постоянно меняя ее ландшафт, вознося к небу новые горные хребты и проваливая в глубочайшие разломы старые.
В это время та часть монитора, на которую передавал данные атмосферный зонд, покрылась рябью, затем на секунду погасла и вспыхнула надписью "Контакт с зондом утерян!".
- Капитан, мы потеряли атмосферника! - продублировал голосом сообщение монитора планетолог. - Видимо он решил более подробно исследовать какой-нибудь из ураганов...
- Слушай, Борис, объясни мне, почему все атмосферные зонды такие любопытные и такие глупые. - удрученно молвил Маккензи. Потеря зонда - это потеря зонда! Хотя в резерве "Улисса" было еще четыре таких. Борисофф лишь пожал плечами.
