Пещера содрогнулась, маг схватился за стену, чтобы не упасть. А когда в нескольких шагах от него камни разошлись, впустив дневной свет, Мицериус понял, что проиграл. Нужно бежать. Он знал, что её ищут, знал, что они придут. Но так скоро?! Ему не хватило каких-то нескольких минут, чтобы закончить начатое. И он отступил. Бросившись бежать, маг слышал, как рушаться стены его убежища. Он видел всполохи светлой магии эльфов. А после, из-за камня украдкой наблюдал, как пришедшие на помощь к фэйри, сражаются с гоблинами.
— У нас ещё будет время, отец. Я что-нибудь придумаю…
Ораш первым увидел её. Девушка лежала в углу полуразрушенной пещеры. Её лицо, все было в черной пыли от раздробленных камней, а на губах и одежде была кровь. От того, что предстало их глазам, волосы на голове встали дыбом. На лице вампира отразилась боль, когда он увидел, что осталось от его друга. Вся его ненависть испарилась. Даже врагу не пожелаешь такой страшной смерти. Он вполне заплатил за свое преступление.
Ратхар со священным ужасом смотрел на место казни их правителя. Но уже через секунду, волк повел носом и, оскалившись, зарычал, то, что он отправился на поиски брата знали все. Кинувшись за рванувшим с места Ратхаром, Хамир даже боялся представить то, что ему предстоит увидеть. Но он надеялся, что Аксель жив.
Драконы сжигали до тла жилища гоблинов, заставляя их спасаться бегством или гибнуть сгорая в драконьем пламени.
Ораш поднял на руки Тарису и нахмурился, когда полуживая охранка зашипела. Подошедший Дамиан, с беспокойством смотрел на неё. Оба они, эльф и человек боялись потерять фэйри. Только один, любил её как женщину, а второй — как друга. Через несколько минут, показавшихся им вечностью, Ратхар вынес на руках окровавленное тело своего младшего брата. По лицу оборотня можно было с уверенностью сказать, что волчонок жив. Когда драконы спалили все дотла, они ушли. Дамиан был счастлив, что они смогли спасти её. Большего ему и не нужно было. Только видеть её живой, знать, что с ней все в порядке.
Охранка, не желая остаться без хозяйки, с трудом вползла на её тело, вернувшись на свое место. Обморок Таисы не продлился долго, и вскоре все они стали свидетелями очередного воскрешения. Они увидели, как природная магия богов, возвращает её к жизни.
Через несколько часов, она уже рассказывала им о том, кто был причиной её пленения. Узнав, что это Мицериус стал причиной смерти Рангара и страданий Таисы, Дамиан нахмурился. Он конечно подозревал, что маг не так прост, но чтобы настолько…
Остатки тела принца похоронили. Руасар боялся даже подходить к Тарисе, опасаясь увидеть ненависть в её глазах. Дракон держался на расстоянии. Теперь, ему было о ком позаботиться, и Тариса с удивлением смотрела на странную драконью парочку.
Аксель медленно восстанавливался. Им пришлось остаться на территориях забвения, до его полного выздоровления. Чтобы пройти портал, волчонок должен был быть абсолютно здоров. Они разбили небольшой лагерь рядом с могилой принца, и остались ждать, пока волк наберется сил. Тарисе не хотелось ни с кем говорить о том, что произошло в пещере. Она не представляла, как признаться, что ждет ребенка от темного и рассказать о том, что стала ему настоящей женой.
Хамир пришел на могилу друга, когда увидел её. Она сидела одна, задумчиво гладя черные камни на могильном холме. Она не плакала. Просто сидела, и будто ждала чего-то.
— Ты собираешься рассказать? — Хамир напугал её, она вздрогнула и повернулась.
Он ещё никогда не видел у Тарисы такого выражения лица. Даже когда ей было плохо, она оставалась борцом, в глазах которого горел огонь. А сейчас, перед ним была сломленная женщина с тусклым, грустным взглядом зеленых глаз.
— А, это ты? О чем рассказать? — Она перестала его бояться. Больше он не вызывал в ней страха. Подумаешь, вампир… После того, что она видела и пережила в пещере, он — просто сущий ангел.
— О том, что ты носишь его ребенка.
Застыв словно изваяние, она повернулась к вампиру и удивилась нежности в его взгляде.
— Ты не спросишь, откуда я узнал? — Хамир грустно улыбнулся, и сел рядом с ней.
— Нет. Ты же его друг, и к тому же вампир. А вот остальные — не поняли…
— Руасар тоже знает. Драконы весьма чувствительны к таким вещам, — Хамир похлопал по камню. — Знаешь, после того как Рангар убил Маэль, я ненавидел его и мечтал сам разорвать его на куски. Но теперь я понимаю, какой бы сильной не была моя ненависть к нему, я никогда не смогу обидеть тебя и буду защищать его сына. Видя какая его постигла смерть, мне трудно ненавидеть. Знаешь, с Дартом, все было не так. Его смерть только сильнее ожесточила меня. Почему же, видя жуткую кончину Рангара, я остыл? Ну да ладно, если тебе когда-нибудь понадобиться моя помощь, только скажи.
— Тогда, я хочу попросить тебя. Найди для меня это чудовище. Найди, и убей его. Потому что я не смогу жить, если надо мной и моим ребенком будет висеть постоянная угроза. Он вернется. Если его не остановить, он обязательно вернется.
