Рангар принимал решение, а дракон напряженно ожидал, согласится ли эльф на его предложение. Это ведь было выгодно им обоим. А если их клан впервые в истории войдет в союз Харатара, то это будет более чем справедливая плата. И хотя Руасару было немного не по себе, от такого решения, это было все же лучше, чем полное вымирание его сородичей. И он вполне готов был пожертвовать своей репутацией и репутацией своего клана, взамен обретая возможность продолжить драконий род и расширить королевский клан оборотных. В конце концов, это была его мечта: чтобы королевский род Аррума с гор Наргаси, запомнили как самый сильный и многочисленный из всех ранее живущих на земле кланов оборотных драконов.
Но Тарисе вовсе не улыбалось стать «жертвенным барашком» для двух мерзких эгоистов, и она вскинула руки, ощущая давно забытую мощь. Охранка на её теле попыталась воспротивиться её силе, но амулет, отданный ей Юстасом, тут же вернул ей контроль над вязью. Белый свет на её руках превратился в крохотный смерч, затем ослепительно вспыхнул и за секунду разросся до размеров мощного портала. Грустно улыбнувшись, девушка схватила за руку Юстаса и чуть толкнула волка. А когда, мгновение спустя, она запирала вход в воронку портала и стирала следы, до неё донеслись обрывки рыка эльфа и площадная брань дракона, которая совсем не соответствовала его королевскому происхождению. Но ей было все равно… Свобода! Наконец-то у неё было то долгожданное чувство свободы, за которое она готова была заплатить даже собственно жизнью. А ещё, у неё были Аксель и друзья, которых она собиралась в скором времени освободить. И у неё, был маг. Да, да, самый настоящий маг, не уступающий по силе её муженьку.
Рангар попытался сигануть следом за ней в портал, но его просто снесло как пушинку, силой — открывшегося внезапно, пространственного перехода. Оборотный, так же как и он, прошляпил ту, что нужна была им — как воздух. А вампир, радевший за то, чтобы соединить своего друга и фэйри в законном браке, напротив, улыбался. И от его радостной улыбки, нервы двух незадачливых «женихов» окончательно сдали.
Через несколько минут, Хамир отбивался от двух сильно злющих мужиков, с оружием на изготовку. Причем оба этих мужика, не стеснялись в выражениях, и не сдерживались, нанося удары. А Ратхар обдумывал, как сообщить отцу, что его внебрачный сын нашел себе новую «сестру». Волки свободно общались между собой, и Рат «поймал» его мысли перед уходом. Все же, Аксель был ещё слишком мал, и не имел права самостоятельно покидать стаю. Приам шкуру с него спустит за то, что не удержал малыша.
А у Хамира, не смотря на покушение на его жизнь — двух злобных маньяков, настроение было замечательное. Ему нравилась девчушка фэйри и он был рад, что она сбежала. Возможно, это заставит его друга немного переоценить ситуацию и взяться за ум. Похоже, власть плохо повлияла на него. И как это он раньше не заметил, что Рангр так одержим собой и своим мировым господством? Зачем только Маэль, напророчила ему это. А ребенок? Он ведь теперь не отстанет от бедняжки фэйри…хорошо, что она сбежала. Да, хорошо. Просто вампиру, совсем не понравилось то, как Рангар подумывал о том, чтобы отдать девушку этому рыжему змею, который мечтал её убивать по нескольку раз за день. Бр-р-р, и додумался же до такого… Точно — маньяк. Рангар и дракон все наступали на него, и вскоре, Хамир уже дрался всерьез, выпустив когти и используя свои возможности чистокровного вампира. Ну да, надо же им как-то сбросить напряжение. Он даже боялся подумать о том, что будет с Рангаром, когда тот узнает о проделках Дарта и своей бывшей…кажется, придется удрать к любимой, пусть на денек два укроет у себя, а то, не дай боги, ещё прикончат в запале. Лучше бы и дроу пока не показываться, засел бы где-нибудь в глуши что-ли, пока все не утрясется.
Дамиан услышал звук рожка…Похоже, король Жуан все же подстрелил оленя, и теперь, вся королевская охота — в полном составе, собирается отправиться обратно в замок. Как же ему надоели все эти придворные дамы и кавалеры, которые в большом количестве околачивались около их монарха, стремясь как можно глубже, запустить свои загребущие ручонки в казну королевства. Все они из кожи вон лезли, изливая потоки лести, на падкого до неё короля. Жуан правил уже несколько лет, после смерти своего отца — Людвига справедливого, и за время своего правления не сделал ничего путного на благо королевства. Зато, с завидным постоянством, устраивал увеселительные мероприятия, привечая в королевском замке целую прорву прихлебателей и лизоблюдов. И это в то время, когда на границах с Харатаром участились нападения на приграничные поселения и близлежащие деревеньки.
