Рабыня демонов в академии магии полностью

— Нет денег? — пальцы беловолосого погладили девушку по встрепанным светлым волосам, щеке. Спустились ниже, скользнув вдоль нежной шейки. — Бедняжка. В таком юном возрасте попасть в тюрьму!

Под притворным сочувствием в его голосе пряталась насмешка. Он походил на кота, который забавляется с мышью.

— П-п-почему в тюрьму? — Тася одернула юбку и села.

Ей снова стало очень страшно.

Дэмиан издал смешок.

— Ты что: совсем тупая?

— Должников ждет тюрьма и принудительные работы, — холодно сообщил Армеллин. — Все деньги, вырученные за работу, идут на погашение долга. В среднем заработок заключенного, не обладающего ценной квалификацией, — пятьсот золотых в год. Из него вычитается стоимость содержания, это примерно пятьдесят золотых. Учитывая размер твоего долга, тебе нужно будет работать… — он на мгновение задумался. — Приблизительно триста восемьдесят три года. Если суд не примет решение о начислении пени.

— Что?

Тасе показалось, что мир вокруг зашатался и обваливается под ногами. Что не за что зацепиться, она повисает в пустоте и вот-вот рухнет в бездну. Ее полный отчаяния взгляд перебегал с лица на лицо, встречая только насмешку, равнодушие и неприкрытое предвкушение.

— Скорее всего, ты умрешь раньше, и так и не сможешь полностью расплатиться, — добил ее голос Армеллина. — Средний срок человеческой жизни — семьдесят лет, тебе сейчас двадцать.

— Восемнадцать, — механически поправила его Тася.

— Восемнадцать. Так что после смерти ты все ещё будешь должна Академии около ста сорока тысяч.

— Бедняжка, — нежно прошептал Раум, склоняясь над ее побелевшим лицом. — Провести всю жизнь в тюрьме.

Девушка почувствовала, как слезы сами собой текут из глаз. Всю жизнь в тюрьме за одну маленькую ошибку?! Нет, пожалуйста, пусть это будет неправдой!

— Или, — коварно продолжил беловолосый. — Мы могли бы тебе помочь…

Она почувствовала, как невыносимая тяжесть сдавившая грудь, отступает.

— Помочь? — Тася посмотрела на него с безумной надеждой. — Но как?

Демоны над ее головой переглянулись и обменялись понимающими улыбками.

— Мы могли бы оплатить твое преступление. Но ты должна будешь как следует отблагодарить нас.

— Но… — Тася подняла растерянный взгляд от документа. — Как это «в полную собственность»?

Армеллин поморщился.

— Глоссарий в конце договора.

«Какая же ты тупая», — слышалось в его раздраженном голосе.

Снова замелькали перед глазами листы. Плотные, темно-желтые. Вечная бумага, на которой заключаются любые значимые сделки. Такой договор скрепляется кровью и сразу проходит магическую регистрацию едином нотариальном центре. Нарушившего его условия ждет немедленная кара.

— Рабыня? — дрожащим голосом переспросила девушка, еще раз вчитавшись в определение. — Я?

— Ты, малышка, — Дэмиан осклабился и подмигнул. — Ты нам сразу понравилась.

— Но я не хочу.

Ты правда думаешь, что кого-то волнует, чего ты хочешь?

«Это все сон, — уже в сотый раз подумала Тася. — Сейчас я проснусь».

Она снова перечитала условия. Строчки расплывались перед глазами, смысл ускользал.

— Мне надоела эта возня, — жестко бросил Раум. — Считаю до десяти. Или ты подписываешь, или я вызываю охрану и мы даем делу ход. Раз, два…

Что же делать?! Если она сейчас подпишет, то на полгода станет бесправной рабыней, игрушкой для трех скучающих пресыщенных демонов. И понятно какое именно рабство ее ждет. А ведь она даже не целовалась ни разу ни с кем!

А если откажется? Тогда суд и тюрьма до конца жизни. Без малейшей надежды на помилование. Хоть люди и были признаны полноценными мыслящими существами, большую часть высоких должностей в империи занимала нечисть, и многие до сих пор относились к людям с брезгливостью. Как к домашней скотине, которая внезапно заговорила и потребовала равных прав. Какие равные права для коров и овец, ну что вы?

Полгода в унизительной роли секс-рабыни против целой жизни? Много это или мало?

— Семь, восемь, девять.

Тася всхлипнула и склонилась над документом. Взяла в руки Кровавое перо, чувствуя, как артефакт прокалывает кожу, чтобы впиться в ладонь. Под «десять» прозвучавшее над ухом подобно последнему удару колокола, она дрожащей рукой поставила подпись. Кровь мгновенно впиталась в бумагу, застыв светло-коричневыми росчерками.

— Вот и умничка, — голос беловолосого стал сладким, как жидкий шоколад. В приюте давали такой на новый год и день рождения императора.

Он поднялся из кресла с ленивой грацией хищника. Медленно подошел к Тасе, встал за ее спиной, положив на плечи тяжелые теплые руки.

— А теперь посмотрим, что за игрушка нам досталась.

Тася побелела. Она знала на что соглашалась, но не ждала, что это будет вот так, сразу.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась она.

— Мне нравится, как ты просишь, — Дэмиан тоже поднялся, подошел к ней, наклонился. Пальцы демона небрежно погладили шею, скользнули в ложбинку ключицы. Медленномедленно, словно намеренно растягивая удовольствие он начал расстегивать маленькие пуговички на груди.