По телу пробежал озноб, сердце сковало страхом. Просто эти звуки я слышала и не раз — в квартире Стасика… Мужчина говорил, что это звонок у соседей — стены тонкие и все слышно. Странный звонок, неприятная трель. Неужели они были там. Были. Перед глазами промелькнули взбешенные глаза Стасика, когда я тюкнула его бутылкой минералки по голове. «Он не был сумасшедшим», — пришла поспешная мысль, — «а это схилки, собственной персоной, приятно познакомиться».
Я сжала зубы и замерла в своем укрытии, боясь ненароком привлечь к себе внимание. Рассматривать инопланетных монстров расхотелось категорически, впрочем, как и дышать. Главное, отлежаться здесь в тени кустов и дождаться их отлета. Они же ведь скучают по «родине»?! И наверняка рано или поздно свалят с нашей планеты!
Штуковина продолжала искрить и переливаться. В отсвете ее блеска гладкие скафандры казались размалеванными яркими красками. Сама радуга плясала на их гладких боках. Схилки больше не произносили и звука, молча делая свое, несомненно, черное дело, а я наблюдала из-за кустов, продолжая их рассматривать.
Движения схилков были медлительными и совсем не плавными. Смутно, но все же, они напоминали роботов: одинаковые фигуры — массивные бочонки, одинаковые скафандры, одинаковые зеленые лица под резиновыми шапочками, полное отсутствие эмоций на уродливом восковом лице, отдаленно напоминающем человеческое, и движения, резкие, четкие и… одинаковые. Все одно на двоих… все идентичное, похожее, размеренное и четкое.
Эта картина напоминала мне кадры из фантастических фильмов, когда-то просмотренных мной в детстве. Может попробовать уползти обратно? Ведь не заметили же они моего появления! Не услышали моей ругани, я ведь шла по лесу, совершенно ничего не опасаясь, то есть не как индеец разведчик, соблюдая тишину и не потревожив ни одной травинки на своем пути!
Да, наверное, это будет самым правильным решением. Всего-то и нужно спокойно и аккуратно переставлять согнутые ноги в обратном положении. Раки отшельники справляются, и я справлюсь, я все же нахожусь выше на пару ступеней в эволюции!
И я поползла. Спокойно. Уверенно. Но, главное, медленно, аккуратно и совершенно беззвучно. Схилки занимались своими делами, не поворачивая ко мне свои уродливые головы. И я уже вознамерилась поблагодарить Бога за спасение и припустить со всех ног, как на что-то натолкнулась… тылом и от неожиданности выпрямилась, скрипя затекшими конечностями. Заорать не удалось — чья-то ладонь легла на губы, перекрывая поток отборного «визга», а другая рука крепко сжала в объятиях.
— Попалась, которая кусалась, — тихо прозвучало около уха. Знакомый голос, противные ехидные интонации в купе с неприятными «объятиями» заставили меня заскулить от страха и бешенства. А вот совсем не сумасшедшего Стасика обрадовано хмыкнуть за спиной. Но этот хотя бы человек! То есть существо знакомое: прищуренные темные глаза, острый ежик волос, плотное тело и бороздки морщин около глаз. Только его связь с схилками явно неспроста! Может, они его загипнотизировали?! Заставили сотрудничать? И… может еще не все потеряно, но и он выберет другую сторону…
А Стасик не молчал. Стасик наслаждался моментом:
— Неплохо прогулялась детка?! Я что спрашиваю-то… волнуюсь как добралась, не промокла, не замерзла. Но вижу все хорошо…
Я упорно молчала, пытаясь вырваться из цепких «объятий». Отвечать, конечно, не хотелось, только вот и к схилкам не хотелось тоже, а значит стоило пойти на компромисс.
— Отпусти, Стас, — произнесла сквозь зубы. — Пожалуйста, отпусти! Я никому и ничего не расскажу. Я даже из города уеду навсегда. Хочешь?! В деревню, подальше ото всех. Мы никогда не увидимся и…
— Тихо, — шикнул Стас и ехидно добавил, — у тебя был шанс. Судьба подарила его тебе.
Я замолчала, продолжая вырываться из его цепких рук.
— И когда же он был? Этот шанс? — тихо ойкнула от боли. Секунда и Стас резко наклонил меня вперед, заведя руки за спину, и что-то холодное и тяжелое стянуло ладони. — В тот день, когда судьба свела нас вместе? Или в миг, когда я огрела тебя стеклом и не добила, пожалев?
— Судьба подарила тебе, — Стас нервно встряхнул рукой, мельком глянув на часы, — целых пятнадцать часов на избавление от одной тонкой, хрупкой преграды к свободе, — и заржал.
Мне было не до смеха и, собственно, поэтому смысл его слов дошел не сразу. А когда дошел, то я, не подумав, выпалила:
— Ты сейчас о девственности что ли?! Окстись, Стас, лес кругом!
На мои слова этот урод просто ехидно улыбнулся, видимо намекая на очередную пошлость. Только вот мой разум настолько устал играть в шарады, что смысл его намеков разгадывать отказывался. Да и нет у меня больше времени. Кажется, нет.
