С другой стороны, Рексус был прав: сделав это, она поможет революции, как никто другой. На самом деле, ее присутствие внутри стен замка было как раз тем, что нужно революции, это может сыграть значительную роль в падении Империи.
Церера кивнула и на короткий миг они не отрывали друг от друга взгляд.
Не желая оттягивать прощание, ощущая накатывающую на нее грусть, Церера поднялась на ноги и вошла в сарай. Когда она уже собиралась оседлать лошадь, она услышала, как позади нее вошел Рексус. Закрепляя седло, Церера оглянулась.
«Я должна ехать, чтобы не опоздать во дворец. Пожалуйста, позаботься о моих братьях и об Анке», – попросила она.
Рексус положил руку ей на плечо, и по телу Цереры пробежал трепет. Церера подумала о поцелуе, который случился ранее. Он поцеловал ее как друг или за этим крылось нечто большее? Она желала чего-то большего. Церера знала, что если обернется, то его глаза и губы встретятся с ее глазами и губами. И потом она будет не в силах сдержать слезы.
Поэтому она, не говоря ни слова, оседлала свою лошадь и, пнув ее, поскакал прочь, подальше от этого места, в сторону дворца, решив ни за что не оборачиваться.
Когда солнце поднялось над горизонтом, едва обладая секундой в запасе, Церера галопом промчалась через ворота дворца, спрыгнула с лошади у королевских конюшен и побежала к полигону дворца. Когда она уже была почти на полпути, то заметила, что меч бьет ее по ноге, и остановилась. Что если кто-то увидит ее меч или даже украдет, если она принесет его с собой? Церера знала, что у нее нет времени, что ее могут уволить за опоздание, но она не может потерять свой меч ни при каких обстоятельствах.
Церера изо всех ног побежала в хижину кузнеца и, обнаружив, что там пусто, она поднялась по лестнице на чердак. Там, за грудой старых досок и искривленных сучьев она спрятала свой меч перед тем, как ворваться на полигон дворца.
Когда Церера появилась, задыхаясь, с неистово колотящимся сердцем, к своему удивлению, она увидела, что вокруг тренировочной арены собрался весь двор. Король и королева восседали на троне, принцы и принцессы устроились на стульях под ивами, обмахиваясь веерами, советники и сановники сидели на скамье, перешептываясь друг с другом.
На тренировочной арене воины сражались с членами королевской семьи, а оруженосцы наблюдали за своими хозяевами, подавая мечи, кинжалы, трезубцы, щиты и кнуты. Церера помнила, что когда-то жаждала такой возможности, но сейчас она ощущала внутри пустоту.
«Церера!» – крикнул Танос, помахав ей рукой.
Церера не знала, почему, но когда она снова его увидела, сердце у нее екнуло. После чего она мысленно отругала себя. Она должна помнить, почему находится здесь – чтобы подружиться с врагами и завоевать их доверие, а не влюбиться в красивого принца, который, казалось, околдовал ее.
Церера подбежала к Таносу.
«Как раз вовремя», – произнес он и кивнул.
«Конечно», – сказала Церера таким тоном, словно добраться сюда не было чудом.
Солдат Империи вышел в центр арены.
«Все королевские воины должны немедленно выстроиться перед Королем Клаудиусом, а их оруженосцы позади», – объявил он.
Королевские воины остановили сражение, Церера последовала за Таносом, занимая свое место позади него. Она заметила, что Люсиус вернулся. Он передумал или его заставили вернуться?
«Тебя удивляет присутствие Люсиуса?» – спросил Танос, повернувшись к ней.
«Да».
Церера не знала, радоваться или огорчаться из-за того, что их мысли совпадали.
«Никто не может отказать королю», – прошептал Танос.
Церера хотела спросить о причине, но король поднялся, подняв вверх золотой кубок, и присутствующие притихли.
«В этом кубке имена всех королевских воинов», – объявил он. – «Сегодня я выберу имена трех воинов, которые сразятся в Убийствах днем».
Толпа ахнула, включая всех королевских воинов и их оружесносцев.
Но, насколько было известно Церере, никаких Убийств в этом месяце на намечалось. Неужели это всего лишь каприз короля – устраивать Убийства сегодня?
Церера взглянула на Таноса, но он застыл. Он стоял к ней спиной, поэтому она не видела выражения его лица. Церера знала, что они не готовы сражаться в Убийствах. Никто из них не готов. Им не предоставили достаточно времени, чтобы потренироваться вместе, чтобы узнать боевые стили друг друга.
Крепко сжав кулаки, Церера сосредоточилась на ровном дыхании. Только трое из двенадцати будут выбраны, поэтому все еще есть шанс на то, что они не будут сражаться сегодня.
Король всунул свою пухлую руку в чашу и вынул листок.
«Люсиус!» – объявил он, и на его губах появилась злая усмешка.
Церера выдохнула и бросила взгляд на Люсиуса, увидев, что его лицо стало красным, как свекла. Зеваки захлопали в ладоши, хотя их аплодисменты были лишены энтузиазма. Может, они тоже считают это несправедливым?
Король снова засунул руку в чашу и извлек следующее имя.
«Джорджио!» – прокричал он, и его глаза проскользнули к концу ряда, где ждал Джорджио.
