Известно, что некоторые крупные литераторы давно забраковали диалог-разговор, поставленный в начало повествования, считая его невыгодным, поскольку он не действует на воображение читателя. "…Всегда лучше начать картиной – описанием места, времени, фигур, сразу ввести читателя в определенную обстановку",[64] – советовал А. М. Горький. А если все же начинать диалогом, то таким, который способен дать какую-то информацию, приковать к себе внимание читателя необычностью или мыслью. Попробуем, имея это в виду, несколько изменить процитированный выше диалог:
Это тоже далеко от совершенства, но все же, мне кажется, лучше. Потому что есть пусть крохотная, но мысль, хотя многие наши сомнения, адресованные первому варианту, находят себе место и здесь. А хотелось бы ясности, простоты.
Существует еще и другая крайность: иногда мы пытаемся сразу, первой же фразой ввести читателя в «обстановку», уже без всяких интриг:
Хоть стой, как говорится, хоть падай в это самое кресло!
Итак, имея тему и концепцию, собрав и обработав материал, составив план и продумав сюжет, обезопасив себя от штампов, преодолев сопротивление первого абзаца и найдя верный тон повествования и т. д. и т. п., – теперь-то мы с легкостью волшебной напишем материал, написали! А чем его закончить? Тоже проблема.
В практической работе я, например, никогда специально не задумываюсь над концом повествования, никогда искусственно его не «вырабатываю». Все получается как-то само собой, естественно: либо безжалостно отсекаю все лишнее, либо спокойно дописываю недостающее, чувствуя при этом, что ни перелета, ни недолета нет.
Интуиция? Шестое чувство? Вероятно, нашей "кибернетической машиной" является обыкновенное чувство меры, помогающее в какой-то момент творчества из «писателя» превращаться в «читателя». Тогда внутренний голос приказывает: "Стоп!" – или говорит: "Еще!", и приходится подчиняться.
Вот несколько концовок моих очерков, просто любопытно посмотреть на себя со стороны – есть ли у меня чувство меры?
(Замечу попутно, что «самоваяние» – не очень-то удачное слово, я, кажется, зря его применил.)
Наконец,
