Роман лишь рассмеялся в ответ. Выше среднего роста, крепкого телосложения, с коротко стриженными чёрными волосами и аккуратной бородкой, столь модной сейчас, он не был красавцем... но и уродом, безусловно, тоже, о чем прекрасно знал. Да и до "жирного" ему пока было далеко... намек на будущий животик уже появился, но именно легкий намек!
Камилла, чья лицо все еще было покрыто багровыми пятнами, попыталась придать себе беззаботный вид. Забросила ногу на ногу, обнажив очаровательные коленки (ноги вообще были, что надо!), отвела со лба небрежно упавший каштановый локон и заговорила снова - спокойно, с выверенной насмешливостью в низком хрипловатом голосе:
-Прости, Роман, если разочаровала, но мне просто хочется мартини... вот и все.
-Начинающийся алкоголизм? - поддакнул Роман, качая головой. - Я помогу тебе справиться с недугом... и не стану ничем угощать. Окей, малышка?
-Я тебе не малышка! - снова вспыхнула Камилла, выпрямляясь во весь рост.
-Да ладно... расслабься, детка. Или деткой тоже нельзя называть?
Камилле ужасно хотелось чем-нибудь бросить в него... и, возможно, она бы и бросила, но ее внимание отвлек протяжный и насмешливый голос, вторгшийся в их с Романом перепалку.
-Ого... - ядовито сказала Василиса. - Неужели царица Савская обиделась?!...
На мгновение все замерли, не зная, как отреагировать, что сказать, какими словами разрядить обстановку... потом раздался чей-то отрывистый и нервный шепоток, прозвучавший в напряженной тишине комнаты словно шелест листьев.
-Ты мне? - ледяным тоном обратилась Камилла к Василисе после натянутой паузы. Только сейчас девушка в полной мере осознала присутствие свидетелей (причем не слишком доброжелательных!) вокруг. Ощущать себя всеобщим посмешищем было неприятно и, что скрывать, непривычно...
Василиса растянула тонкие губы в довольной усмешке:
-Тебе, дорогая. Тебе.
-Молчала бы... старая дева... - мрачно огрызнулась Камилла.
-Я не старая дева, - любезно поправила ее Василиса. - Я была замужем...
-Лет сто тому назад, ага? - фыркнула красотка, тряхнув тугими кудрями. Давно уже она не испытывала подобной злости!
-О боже, девочки, хватит ссориться! - вмешалась в ссору и Настасья. В эффектном темно-бордовом платье с шикарным декольте, выставляющим на обозрение внушительную часть соблазнительных полушарий груди, она беззаботно улыбалась - как, впрочем, и всегда. - Нам ещё вместе жить!
-Не жить, слава богу... - ядовито поправила Василиса. - Временно сосуществовать...
-Да хоть бы и так, - повела аппетитным плечом Настасья. - Не имеет смысла ссориться, правда? - и она очаровательно заулыбалась.
Однако её милая улыбка, как и прочие достоинства, не произвела впечатления ни на Камиллу, ни на Василису.
-На меня твои бугорки не действуют... - сузив глаза, сквозь зубы процедила Камилла.
-Бугорки у тебя... у меня... хм... пожалуй, два Эвереста, а?
-Да хоть Гималаи! Можешь сколько угодно выставлять их напоказ...
Роман, прислушиваясь к разговору, явно забавлялся. Последние слова красотки вырвали у него смешок; парень покачал головой и воззрился на собственные ботинки.
-Говори громче! - рассердилась Камилла, уловив звук его голоса, но не разобрав слов. - Или ты сам с собой? Сам себе собутыльник, сам себе собеседник?
Роман с улыбкой выпрямился, вальяжно кивнул:
-Я - лучшая компания себе... но могу повторить громче, мне не жаль. Я просто сказал, что все женщины змеи... и вы сейчас напоминаете клубок кобр...
"Кобры" отреагировали на это заявление по-разному: Надя охнула и всплеснула руками, Настасья рассмеялась, а Камилла с Василисой с одинаковой яростью набросились на обидчика - к счастью, лишь словесно.
-Молчал бы уже, индюк!
-Психопат!
Юра и Петр Иванович утомлённо переглянулись. Юра казался беспокойным, Петр Иванович ухмылялся. Он как будто искренне наслаждался этой крикливой сценой... "Эх вы бабье..." - иногда бормотал бывший военный себе под нос, усмехаясь в седые усы.
Правда, именно Петр Иванович, устав от воплей и визгов, навёл порядок. По-своему, по-военному...
-А ну-ка ша! - гаркнул он, изо всех сил стукнув кулаком по стене. - Молчать и слушать!
Тотчас воцарилась тишина: гулкая, нервная, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием переволновавшихся дам. Все послушно молчали и слушали... ибо тот, кто говорит "редко, но метко", обладает особой властью над окружающими...
-Развели базар! - сердито продолжал мужчина, взирая на представительниц прекрасного пола как на источник всевозможных бедствий. - Что за истерика, в самом деле?! У нас есть дела поважнее...
-Прямо сейчас никаких дел нет, - хмуро возразила Камилла, исподлобья поглядывая на того, кого в свои чудесные 25 считала стариком. Это мрачное замечание - вот и весь протест, на который её хватило... Петр Иванович был явно не из тех, кто легко теряет голову от женских прелестей... а значит, у неё не было оружия против его грубоватой прямолинейности.
Он и правда сохранил хладнокровие, хотя все присутствующие леди, даже пышечка Надя, были хороши, каждая на свой лад.
