— Я думаю, я знаю немного, что собой представляет тюрьма, — сказала она. — Некоторые знакомые мне дети говорят, что диализ похож на пребывание в тюрьме. — Она пожала плечами. — Я полагаю, так и есть, в каком-то смысле. Каждую ночь, перед приемом Гербалины, моя мама подсоединяла меня к аппарату, стоящему у моей кровати. Она использовала трубку в моем животе, и я лежала, подсоединенная к аппарату всю ночь. Трудно было переворачиваться и трудно вставать, чтобы сходить в туалет. Утром ей приходилось оставлять немного лишней воды в моем животе, и я всегда выглядела толстой. Весь день мне приходилось измерять все, что я пила, даже такие вещи, как мороженое и желе, поскольку они на самом деле тоже жидкость, а если я выпью слишком много жидкости, мне будет очень плохо. Я не могла есть то, что ели мои друзья, например бананы или жареный картофель.
Она опять посмотрела на Марти.
— Тебя посадили в тюрьму, несмотря на то что ты не сделала ничего плохого, и мне приходилось терпеть диализ, несмотря на то что я тоже не сделала ничего плохого. Просто иногда плохие вещи происходят с людьми.
— Гадость происходит, да? — сказала Марти. Она встала и потянулась. — Мне так скучно! Я какое-то время почитаю в спальне.
Слезы жгли ее глаза, когда она убирала перекись водорода и выбрасывала испачканную кровью повязку. Софи опять попала в тюрьму, подумала она. Только на этот раз она и Марти были теми тюремщиками, которые держали ее там.
— Я чувствую себя ужасно, говоря это, — сказал Джо, поворачивая на Маршрут 66. — Но я начинаю желать, чтобы Софи тоже погибла в той автомобильной аварии.
Ну вот. Он наконец произнес эти слова. Эта мысль мучила его уже пару дней, но он хранил ее в себе, все еще пытаясь делать вид перед всем остальным миром, что он думает, что Софи могут найти живой. Он и подумать не мог о том, чтобы сказать эти слова кому-то другому, а не Пауле.
Она потянулась со своего пассажирского сиденья машины, чтобы погладить его по плечу.
— Я знаю, милый, — сказала она. — Но я все еще надеюсь, что каким-то образом… каким-то чудом…
Она покачала головой, и он понял, что она в таком же отчаянии, как и он.
Это был еще один длинный-предлинный день беспомощного сидения возле трейлера, уставившись на лес, который забрал у него дочь. Ему казалось, что каждую собаку в поисково-спасательной команде привели к ручью, чтобы она попыталась взять след Софи. Валери сказала ему, что некоторые собаки, казалось, взяли след на какое-то мгновение, но лишь для того, чтобы снова его потерять. Даже собак, ищущих трупы, привели к этому участку, но никто не расстроился, когда и они не смогли взять след.
Сейчас Паула и он направлялись в Вену. Все — Жаннин и Лукас, Донна и Фрэнк — были на пути домой, так как завтра будут похороны Холли Крафт. И, несмотря на то что Джо, как мог, боролся с этим чувством, он не мог не думать, что, возможно, родителям Холли повезло. Они знали, где Холли. Они знали, что она умерла быстро. Они знали, что она больше не страдает.
— Поверить не могу, что уже пять дней прошло, — сказал он.
— А мне кажется, будто пять недель, — проговорила Паула.
— Ты слышала, как они говорили что-то о прекращении поисков в воскресенье?
Джо думал, что ему послышалось, как Валери сказала вскользь что-то в этом роде, но он не хотел, чтобы это было правдой, и поэтому не переспрашивал ее.
— Я думаю, Валери так и сказала, — отозвалась Паула.
— И тогда мы никогда не узнаем, что же на самом деле произошло.
— Но они все еще будут искать завтра, дорогой, — сказала она.
— Она может быть где угодно, — сказал Джо. — А когда я смотрю на ту топографическую карту в трейлере, меня поражает, как много там земли. Какую большую территорию надо охватить.
Зазвонил мобильный телефон Джо, и он схватил его с подставки на приборной доске. Он сомневался, что когда-нибудь опять сможет отвечать на телефонный звонок спокойно:
— Алло? — раскрыл он телефон-раскладушку.
— Это Джо Донохью? — раздался женский голос, и он моментально подумал о Валери Бойкин. Он подготовил себя к тому, что она может ему сказать.
— Да, — ответил он.
Он знал, что Паула пододвинулась к нему ближе, будто пытаясь услышать то, что говорил позвонивший человек.
— Это Катрин Мэйтленд из Монтичелло, — сказала женщина. — Я так понимаю, вам нужна информация об одном из наших бывших работников.
— Ах да.
Джо практически забыл уже о звонке в Монтичелло, который он сделал тем утром. Казалось, это было так давно.
— Имя, которое мне дали, Лукас Трауэлл, — сказала она. — Т-р-а-у-э-л-л. Правильно?
— Да.
— Ну, я думаю, произошла ошибка, — сказала она. — У нас нет записей о том, что кто-то с таким именем работал здесь.
— Он там сейчас не работает, — сказал Джо. — Он бывший работник.
