В. Я открою тебе небольшой секрет. Когда ты сознаешься, знаешь, что будет записано в главном протоколе? Там будет написано: признался без пытки. Понимаешь, о чем я? По протоколу это и пыткой-то не считается. И эта не пытка длится пока всего лишь чуть больше часа. Подумай о трех часах настоящей пытки. О пяти часах. Десяти часах. Вспомни, для чего каждый из этих предметов, и подумай еще раз. И скажи: как остановить то, что ты делаешь с умирающей женщиной?
Обвиняемый членораздельного ответа не дает. При зажимании тисков два раза крикнул «Прошу вас!» и лишился чувств.
…
***— К-как вовремя…
— Ты его осмотрел, брат? Как? Сердце выдержит?
— Выдержит достаточно долго. Т-так всегда бывает на первой ступени. После притерпится, и пойдет легче. П-приведите его в себя, не стоит давать ему время для отдыха.
***…
Обвиняемый, будучи возвращен к сознанию, закричал, но членораздельного по делу не сказал ничего. Принесены песочные часы на одну минуту и установлены перед обвиняемым. К обвиняемому применено прижигание нервных узлов раскаленными шилами.
В. Видишь часы? Минута. Это на самом деле очень и очень долго — минута.
О. Прошу вас, прекратите, я ничего не знаю…
В. Вот видишь. У тебя уже на пределе терпение, и за это время дважды все тело пронзила невыносимая боль. До самых костей, как будто по ним скрипят напильником. Так? Так. Подумай еще и вот о чем: как это будет, когда действительно по кости скребет напильник… А между тем минута все тянется и тянется. Вот — еще раз.
О. Хватит, не надо, я прошу вас, я ничего не сделал, я невиновен, Господи…
В. Посмотри — еще и половины песка не пересыпалось вниз. Минута, всего одна минута, и так долго и так больно. Ты не видишь песчинок? Как они медленно падают вниз — по одной? Падают и падают, а минута все тянется и тянется. И боль все не кончается и не кончается…
О. Прошу вас, не надо больше, я прошу вас, я ничего не сделал, я ничего не знаю, я ни в чем не виноват…
В. В общем, это, конечно, можно терпеть. Смотри, минута почти кончается. Правда, пока она закончится, ты испытаешь еще множество и множество раз эту боль.
О. Я вас умоляю…
В. Так просто скажи, что ты сделал! Скажи — и все! Меньше минуты, это много меньше минуты — это мгновения! Несколько мгновений — и все закончится! Просто «я все расскажу», и боль уйдет! Ну!
О. Я невиновен! Господи, я невиновен, я ни в чем не виноват!
В. Признайся! Просто не запирайся, облегчи душу, и станет легче телу! Подумай, ты страдаешь за преступление, а из-за него так же тяжко, как ты, страдает невинный — из-за тебя! Зачем это тебе? Ради удовольствия? Ради осознания власти своей, и только? Только затем, чтобы знать, что ты можешь это — повелевать жизнью и смертью других? Но какое удовольствие в этом, если и ты сам предан мукам?!
О. Я невиновен!
В. Что ты сделал с ней? Что? Говори! Говори, и я прекращу это!
